Откройте же нам ворота!

В городе поднялся шум, толпа словно закипела. Кто плакал от радости, кто бежал куда-то, воздев к небу руки, кто-то пытался открыть ворота, но стражи отталкивали людей. Отправили гонца во дворец, а потом все же открыли ворота. Воины плакали от радости, прислонившись к свои коням.

А генерал Сон Ба Ю, серый от усталости, поморщился и, тронув поводья, послал свою лошадь вперед, войдя в город во главе своего войска. Вслед за ним вошли солдаты с горнами и барабанами, с копьями, на которых развевались треугольные стяги, с медными алебардами, позеленевшими от времени, и с белыми стрелами. Лошади гарцевали в такт барабанному бою, и при каждом шаге лошади колени генерала Сон Ба Ю издавали страшный скрип, тоже звучавший в такт барабаном. Солдаты грянули военный марш.

В последнюю ночь и первую ночь месяца

Над пустыней встает черная луна.

Ночью дует западный и южный ветер.

А луна и зимой красна.

Когда дикий гусь летит высоко,

Враг далеко бежит.

Наша конница преследует врага,

Но вдруг начинает кружиться снег.

Войско продвигалось вперед. Девяносто тысяч воинов — это так много, что глаза устают смотреть.

Когда идет снег,

Небо темное до самого полудня.

И лишь стая диких гусей

Смутно белеет в небе.

Песок замерзает, а, взлетая под копытами коней,

Увлекает за собой высохшую полынь.

С корнем выдернутые стебли полыни

Улетают в сторону города.

Толпы народа по обе стороны дороги стояли, словно живая стена, у всех текли слезы. Так генерал Ба Ю проехал около трех тё и наконец въехал на городскую площадь. Какая-то фигура отделилась от громады дворца, размахивая желтым флагом. Похоже, то был гонец от правителя, несший высочайшее повеление.

Генерал Сон осадил лошадь, приложил руку ко лбу, внимательно посмотрел на приближающуюся фигуру, быстро отдал честь, и хотел было спешиться. Однако спешиться он не смог, потому что сам так прочно прирос к седлу, а седло — к конской спине, что разделить их было уже невозможно. Отважный генерал растерялся, покраснел, изменился в лице и снова попытался слезть на землю, но из этого опять ничего не вышло. Тридцать лет генерал нес тяжкую службу в безводной пустыне, охраняя границы царства — вот и сросся со свои конем в единое целое. К тому же оттого, что в пустыне не было ни клочка земли, где могла бы расти трава, ее семена отыскали местечко на лице генерала и пустили там корни. Какие-то серые, странные стебли бурно разрослось не только на лице, но и на руках генерала. И на его воинах тоже. Между тем, министр с посланием от государя приближался, и уже можно было разглядеть пики и гербы на флагах его свиты.

— Генерал, сойдите с коня! Прибыл гонец от государя! Генерал, нужно спешиться, — сказал кто-то из солдат.

Но генерал все размахивал руками, а оторваться от седла не мог.

Министр, принесший послание, был так близорук, что видел не дальше собственного носа. А поэтому вообразил, что генерал нарочно не слезает с лошади и подает ему какие-то знаки, размахивая руками.

— Мятеж! Все отходим, скорее! — крикнул министр своей свите.

Вся свита министра круто повернула коней и, вздымая клубы желтой пыли, поскакала назад. При виде этого генерал Сон весь сжался, вздохнул и погрузился в раздумья. Затем резко обернулся и приказал командиру:

— Снимай доспехи. Возьми мой меч и лук и быстро отправляйся во дворец. Скажи там такие слова: «Защитник северных границ, генерал Сон Ба Ю, в течение тридцати лет нес службу в пустыне и ни днем, ни ночью не слезал с коня, отчего прочно прирос к седлу, а седло приросло к лошади. Поэтому он никак не может явиться во дворец. Передай, что сначала он срочно отправится к врачу, а потом придет к государю.