— Ладно, — довольно прокомментировал парень, потягивая водичку из трубочки. — Значит, как минимум с голода я тут не подохну. Осталось выяснить, нельзя ли как-нибудь из этого муравейника убраться. И вообще, где он находится? Если под Землей, то, может, мне на поверхности больше понравится?

Настроение после вкусной трапезы неудержимо поползло вверх. Собственно, туда же, вверх, и решил направиться Герман.

— Тесные туннели мне просто надоели! — пропел парень, и решительно пополз к ближайшей дырке, напевая под нос какую-то песенку. Пара ударов мечом, и он, наконец-то в нормального размера коридоре. И муравьев ни одного, что Лежнева даже разочаровало немного. Размяться не помешало бы. Герман выбрал направление, и, пританцовывая под играющую в голове песню, потопал на поиски приключений. Время будто остановилось — коридоры не менялись и были все так же пусты. Музыка в голове играла все громче и явственнее, тело переполняла энергия. Герман уже не шел, а кружился в танце, дирижируя мечом под звуки Зова Ктулху Металлики. Симфонической версии, разумеется. Спустя какое-то время муравьи все-таки появились, только почему-то переливающиеся радужными всполохами и напевающие тот же мотив. Лежнев немного потанцевал с ними, но недолго, потому что муравьи разлетелись радужными пузырями и унеслись куда-то вверх. Герман им очень позавидовал, потому что помнил, что ему тоже нужно вверх, но не расстроился — он их скоро догонит. Вот только потанцует еще немного с другими муравьями, которые пришли на смену унесшимся в неведомые дали. Танцор обозначил ударные сорванным с пояса обрезом, и продолжил танец. Новые партнеры были куда как лучше предыдущих, и композицию они дотанцевали вместе, потеряв по дороге всего двоих.

Герман не успел расстроиться тому, что музыка закончилась, потому что заиграли ирландские Дропкик Мерфи.

— Под панк не танцуют! Слэм, пацаны! — рассмеявшись объявил партнерам по танцу.

Слэм муравьишкам не понравился, и они тоже вознеслись к небесам, а Герман остался в одиночестве.

— А грибочки-то непростые оказались, — весело проорал парень во время короткого просветления. — Волшебные грибочки.

Музыка снова заиграла громче — теперь это был Король и шут.

— Темный, мрачный коридор, я на цыпочках, как вор… — весело подпевал Лежнев.

Хотя пробираться не приходилось. Коридоры были очень даже широкие и просторные, а редко встречающиеся муравьи почему-то больше не желали разделять восторга и спешили убраться с дороги. Но Герман не расстраивался. Веселая прогулка под любимую музыку — что может быть лучше? Спустя несколько часов, — или дней? Или лет? — в музыку вплелись еще голоса. Герман досадливо поморщился — они немного мешали.

— Герман, Герман… Что Герман? Цыц, глюки! Вот зачем портить удовольствие? Когда я еще послушаю Горшка на фоне звезд и туманностей? — Он действительно таки достиг своей цели. Ну, может быть, не самого верха, но встретив единственную закрытую дверь без сомнений ее раскурочил. Это оказался огромный ангар, в самом углу которого совсем небольшой, по сравнению с размерами ангара, но все равно гигантский стоял зеленый огурец. Немного сосредоточившись, парень все-таки смог определить, что это не огурец вовсе, а такой же каменный астероид как тот, с которого он в этот муравейник попал. Только не такой побитый и более правильной формы. В противоположном конце ангара наблюдались циклопические ворота, которые Герман даже в таком помраченном состоянии ковырять не стал. Ясно, что это совершенно бесполезно — слишком толстые. Но в гигантских дверях нашлись еще и несколько небольших, вполне подходящих под его размеры.