- Мне надо чтобы доставили в таком же, - буркнула ему хмурая подруга, а потом отвернулась и... всхлипнула. Отвечать ей мужчина не стал, погрузив Феокла на багажную тележку, увез в сторону взлетной площадки.

В комнату ожидания мы вошли самые последние. Истархов, увидев меня, хотел подойти, но дорогу ему перегородили направившиеся к нам Жора и Стас.

- Вы чего так долго? – спросил Стас.

- Да Феклушу в багаж сдавали, - ответила я, - палиться нельзя, слишком много нелегального компромата везем.

- Компромата? – удивился Погодин.

- Один Жоркин гульфик чего стоит! – огрызнулась Хуня. Селедкин покраснел и, видимо, хотел ей что-то ответить, но тут нас всех пригласили на посадку.

Корабль располагался недалеко от здания космопорта. Ярко-алый цвет корпуса и обтекаемая форма космического лайнера притягивали взгляд и выделяли «Этилгейл» среди других военных и гражданских транспортников. Под названием, написанным большими черными буквами на общем языке коалиции, значился порт приписки – Высшая Звездная Академия, и красовалась эмблема – девятиконечная звезда.

Тихо переговариваясь, курсанты небольшими группами, не спеша шли к месту посадки. Стас и Жорик вышагивали впереди, а мы с Хунькой следом.

- Жор, а Жор, - Погодин приобнял Селедкина за плечи, - ну и колоритное у тебя семейство! Особенно бабушка. Ну, чисто генерал! Серьезная женщина. Откуда ты сам-то?

- Сру… Сру… - начал было Жоффрей.

- Да, ладно тебе, - усмехнулся Стас, - не бойся! Все свои!

- С Руси Возрожденной, - выдохнул Жорик и зарделся, добавив, - и вовсе я не боюсь. Дослушивать надо!

- С Руси, так с Руси, - пожал плечами Погодин и зашагал дальше.

- А чего раньше не сказал? – спросила Хуня.

- К сло… К слову не пришлось, - Жоффрей низко наклонил голову, явно не желая продолжать эту тему.

Еще лет сто назад, в разгар противостояния тентурийцам, стали появляться на Земле поселения, люди в которых жили, придерживаясь старых традиций. Каждый, кто переселялся в такое место, хотел прикоснуться к истокам, попасть в историческое прошлое. Вот и стали возникать территории сродни заповедникам. Они носили громкие названия, например: «Новые фьорды викингов» или «Обновленные северные кочевья». Местное население возрождало старинные ремесла, добровольно практически полностью отказывалось от благ цивилизации. Исключение составляли обязательное образование каждого ребенка согласно выбранному направлению и, пожалуй, связь. В остальном же, это были этнические музеи под открытым небом. Вот одним из таких мест и была «Русь Возрожденная». Изделия, изготовленные мастерами по старинным рецептам, ценились и стоили очень дорого. Кроме того, постоянные экскурсии пополняли доход таких общин, несмотря на полное самообеспечение одеждой и продуктами питания.

- А почему ты Жоффрей, а не, скажем, Добрыня или Тит? Я слышала, в таких местах принято называть старинными именами, - вклинилась в их разговор Хунька.

- Ма… Ма… Мама у меня не местная, - ответил Жоффрей.

- Странно, а при бабушке ты не заикался, - удивилась я, а сама улыбалась, представляя нашего худого Жорку с именем Добрыня.

- Побаиваюсь, - смутился он.

- Я тоже от такой бабушки в штаны бы наложил, - откликнулся Стас.

У трапа корабля нас поджидал не кто иной, как легар Высшей Звездной Академии Белиготар Сорг. За его спиной, неподвижными статуями застыли тентуриец и варг, уже виденные нами в летной школе. Рядом стояли Истархов и полковник Вихров. Новоиспеченный ректор вышел вперед и скомандовал:

- Построились в шеренгу по одному!

Сорг прохаживался вдоль нашего строя, внимательно рассматривая каждого из курсантов. Его голос - бархатный, обволакивающий, казалось, проникал в каждую клеточку тела, заставляя вникать во все сказанное.