- Ты на... ты на... - начал Жорка.

- Ага, - продолжил за него, как всегда Погодин, - ты на спасла на всех на!

- Стас! - прикрикнули на него хором мы с Хунькой и только Жорка от души рассмеялся.

- Святые угодники! - чисто сказал он, утирая слезы, - думал конец мне.

- Жорик, - удивленно поднял брови Погодин.

- Да за... заговоришь тут, - отмахнулся Селедкин, делая очередной глоток отвара. Напиток из лаеса-су оказался тоже довольно привлекательным для землян. Он напоминал густое какао с ярко-выраженным сливочным вкусом.

- Вы хоть читайте о том, что в рот тянете! - Пожурила ребят, махая перед их носами коммом, - все-таки Земля родная за несколько тысяч световых лет осталась.

- Да бес попутал, - отмахнулась Хунька, - но, Верник, я ни о чем не жалею! Как же было вкусно!

- А был бы Феокл под боком, то стало бы еще и сладко, - не удержавшись съязвила в ответ.

- Вот ты когда неудовлетворенная, Алечка, такая злая, - обиженно пробурчала Хунька, - и завистливая. Мужика тебе надо, хорошего.

- Мне Истархова хватило, - отмахнулась я, - нажилась.

- Жизнь, она, как река, течет. Не успеешь оглянуться, а уже таскаешься на искусственное увлажнение подкожных слоев, клацаешь фарфоровыми имплантатами и теребишь жиденькие крашеные волосенки, рассказывая внукам о грешках своей молодости, - назидательно ответила подруга, - а с таким отношением к мужчинам, Верник, тебе и рассказать некому будет.

- А я твоим рассказывать буду, - после моих слов лицо у Хуньки стало удивленно - возмущенным, - а если не хочешь для своих внуков такой страшной доли, то прекрати меня толкать на путь порока.

- Много ты знаешь о пороке, - добродушно хмыкнула будущая бабушка кучи внуков.

- И знать не хочу, - я решила перевести разговор на другую тему, - информацию по расам все получили?

- И даже прочитали, а быть может даже и осмыслили, - отозвался Стас, - информация, конечно, не полная, но...

- До... дос... достаточная, чтобы сделать выводы, - сказал Жорик, так и не отпуская стакан с вожделенным отваром. Настрадался, видать.

- Ты, Алька, зубы то нам тут не заговаривай, - Хуня постучала по столику, привлекая к себе наше внимание, - лучше расскажи, чего к тебе легар прицепился?

- Вообще-то, я пытаюсь это сделать, но у вас то тентурийцы к диванам липнут, то спасать вас приходится. От того самого разврата спасать, на путь которого ты упорно меня толкаешь, Хуня!

- Да говори уже, Аль, - улыбнулся Погодин, - всем любопытно.

- Дело в том, что он мой родственник! - мое объявление заставило ребят раскрыть рты и замереть.

- Еще скажи, что он внебрачный сын бабушки Таи, - отмерла Хунька, решив, что я шучу.

- Бабушке Тае он не сын, он ей дед, а мне, соответственно, прапрадед, - все! Друзей можно было выносить...

- Верник, так ты что эленмарка? - спросил Стас.

- Погодин, очнись! Какая из меня эленмарка? У меня даже уши не острые, - мне стало смешно.

- Ну, эленмарка из тебя, Алька, такая же, как из меня тентурийка, - Хуня забрала мою чашку и нагло отхлебнула чай, - обе мы с тобой полукровки. Извлекай выгоду из ситуации, Верник.

- Как ты?

- А что я? - удивилась подруга, - ты же сама читала, что семья для тентурийца - это святое. Они чуют, где ночуют. Межрасовых контактов, их миллионы, Аль, а вот детей, как производное от этих отношений, практически нет. По крайней мере, тентурийцы признают свое потомство. Правда папаша мой струсил, но там дед боевой, мимо него не проскочишь. И знаешь, из всех тентурийцев, которых я встречала, он один достоин уважения, остальные... Для них слишком важно общественное мнение. Если общество, глядя на красное полотно, говорит, что оно черное, то у обывателя нет другого выхода, кроме, как согласиться. Спорить и доказывать у них не принято.

- Тебе проще, - вздохнула я, - о тентурийцах хотя бы известно многое, а об эленмарцах лишь скупые сведения.