— Да мы вот обувь ищем, — признался Алекс, виновато разведя руками. — Проснулись, а ботинок нет, увёл кто-то. Может, в шутку. Думали, может, в подсобных помещениях что найдём. А вы что делаете?

— Не ваш барыш, так и не лезьте, — отрезал охранник. — Идите отсюда по-хорошему.

Алекс предупреждающе положил руку на плечо начавшему было закипать лорду Листеру.

— Да мы уже уходим, — заверил он охранника. — Только… Вы не знаете, где тут раздевалки? А то холодно…

— Назад, налево и по указателю «служба обеспечения», — нехотя буркнул ПВДшник.

— Ваша стоическая терпимость, Аллесандро, с простолюдинами, — насупившись, произнёс Бренор, — меня просто удивляет.

— Ну, во-первых, как вы правильно заметили, он простолюдин, — возразил Алекс. — Было бы ниже нашего достоинства замечать его поведение. А во-вторых, их там много. — И видя возражение в глазах «клинка чести», добавил: — Представьте, что мы разведчики в стане врага. Тем более что так оно и есть.

— И эти невежды ещё что-то делают с центральным теплонакопителем, — недовольно добавил лорд Листер. — Если они умудрятся вскрыть защиту, выброс может сжечь несколько секций.

— Будем надеяться, что они знают, что делают, — пожал плечами Алекс.

ПВДшник не обманул, и вскоре они нашли искомые раздевалки, поэтому к Крайну они вернулись уже обутыми. Обрисовав вкратце то, что они узнали, Алекс с хитрым видом поинтересовался:

— Ну как, удалось что-нибудь подслушать интересное?

— Ничего дельного, — нехотя признался повстанец. — Им привезли части какого-то «Сияния» и они его собирают, и будут ещё сутки, а может больше, собирать. В общем, пока зря потратил время, — резюмировал он.

— Ты сказал «Сияние»? — нервно сглотнув, спросил Алекс, а его мысли, не дожидаясь ответа, понеслись паническим галопом.

«По плану — они должны были взрывать заряды на поверхности, а эвакуироваться через станцию. Но это был план, составленный имперской безопасностью, или кто там ещё за этим стоял. А профессор явно всё решил переиграть, он же напал на лорда Веласке и на эсбэшников, что были с ним. Значит, и использовать пути отступления, известные имперской СБ, он бы не стал. Какой же я идиот!»

— Ну да, «Сияние», — кивнул Крайн. — А что, ваша светлость, знаете, что это за штука?

— Знаю, — кивнул «ваша светлость». — Мы попали, — добавил он с мрачным видом и принялся рассказывать, что знал.

Ситуация сложилась тяжёлая. Как минимум одна боеголовка была на станции, что с ней собирались делать, было неизвестно. Но работы, проводившиеся у теплонакопителя, навевали дурные мысли. Никакой эвакуации со станции тоже не было. Алекс даже пошёл на риск и заявился в «штаб сопротивления» как Атур Чермега, — но ничего. Ему обрадовались, предложили выступить, но никаких, даже малейших признаков эвакуации, хотя он и спрашивал почти напрямую.

Ближе к ночи их «пост прослушивания», у которого попеременно дежурили, наконец прояснил планы относительно боеголовки. Её собирались превратить в несколько зарядов и разместить их на станции, чтобы взорвать в случае захвата имперцами.