Начало процессу подготовки к совместному полету было положено, но вместе с тем были также решены и кое-какие другие вопросы. В первую очередь было решено поскорее добить исламских террористов-фанатиков, а также прекратить практику деления стран на хорошие и плохие. Тем, кто раньше числился в списке плохих, была предложена столь обширная экономическая помощь, что они тотчас решили стать не просто хорошими, а очень хорошими. Так что проблема богатого Севера и бедного Юга решилась сама собой. Тем более, что вскоре всему Человечеству должна была быть открыта прямая дорога к звёздам. Именно это завораживало всех людей планеты Земля.

Генерал Медведь, которому за те дни пришлось встретиться с множеством людей, наверное, стал после Женевы самым узнаваемым человеком во всем мире. Его напряженная, сосредоточенная, без тени улыбки, физиономия украсила собой первые полосы всех газет планеты. Правда, в отличие от первого космонавта планеты Юрия Гагарина ему не пришлось отправляться в круиз по всем странам и континентам.

Зато ему пришлось провести шестичасовую пресс-конференцию и ответить на безумное число вопросов. Репортеров интересовало буквально всё, начиная от того, что означает слово «Благовест» и заканчивая вопросами относительно того, как он смотрит на то, что его собственный сын отправится вместе с ним в этот опасный полёт к чужому кораблю.

Генерал Медведь отнесся с пониманием к просьбе президента Давыдова подробно объяснить западной публике, что Россия в состоянии выполнить миссию, возложенную на нее самой судьбой. Не смотря на свой строгий вид, он не отказывался от общения с сильными мира сего, да, оно и было невозможно, ведь Родион Давыдов, для которого он стал на эти дни чуть ли не тенью, всякий раз тотчас жестом указывал своим визави на него, как только разговор заходил о технических вопросах предстоящего полета. Именно от командира экипажа «Благовеста» сначала президент Бах, а затем и многие другие главы государств получали самые исчерпывающие ответы.

Но, как бы то ни было, наиболее подробным образом он рассказал обо всём именно журналистам. К этому его побудило то, что пресс-конференция была заранее широко разрекламирована и ее должны были показывать в прямом эфире десятки ведущих телекомпаний мира. Маршал Свирский, который также находился в Женеве, в это время предпочел гулять по городу и кормить хлебным мякишем чаек на Женевском озере. Конечно это было свинством с его стороны, но свинством точно рассчитанным.

Президентский штаб, пораскинув мозгами, принял решение выпустить его одного против целой орды разнузданных репортеров.

Что же, в этом была своя сермяга. Генерал Медведь, не привыкший лезть за словом в карман и вполне прилично говоривший по-английски, блестяще справился со своей задачей и расположил к себе эту публику даже не смотря на то, что за всё это время он ни разу не улыбнулся. Хуже того, на вопросы шутливого характера он отвечал с такой убийственной серьезностью, да, ещё и одаривал типа, задавшего неуместный вопрос таким гневным взглядом, что уже через какой-то час его пресс-конференция превратилась в лекцию.

С педантичностью старого профессора Игорь Сергеевич рассказал журналистам о том, что будет представлять из себя «Благовест», как будет протекать вся подготовка к полёту и он сам. Ну, и кроме того он подверг строгому научному анализу всё то, что уже было довольно хорошо известно подавляющему большинству жителей Земли — телевизионные послания, передаваемые с борта диарского космического корабля.