Кардель подал ему руку. Винге помощь не потребовалось: он спрыгнул так же легко, а если вспомнить недавнее его плачевное состояние — на удивление легко. Они подошли к окну, Винге отвел штору, и хрустальная призма в его руке повела себя так, как и должна себя вести призма: отбросила на лоб Винге радужную тень.

— Девочка была рыжая, как и ее мать… — тихо произнес он.

На одной из граней подвески к капле свернувшейся крови прилип волос.

11

Пришел Свеннинг с бумагами — его не было так долго, что Кардель успел про него забыть. Винге первым делом начал внимательно рассматривать подписи на контракте. Подпись самого Свенниига и другого участника контракта, которым должен быть Эрик Тре Русур. Подпись Эрика выглядела странно: ученическая клякса, пересеченная парой волнистых, неуверенных линий.

— Вы подписывали этот документ одновременно с владельцем?

— Пет… Сначала я, оба экземпляра. Потом мне прислали вот этот документ, уже подписанный контрагентом.

— То есть вы с ним не встречались? Ни разу?

Свеннинг молча покачал головой.

— И вам не кажется это странным?

— А что тут странного? Если бы он не был занят, ему бы и услуги мои не понадобились.

Рука Винге потянулась к затылку. В задумчивости ухватил прядь волос и начал скручивать в жгут.

— Не возьмите за труд рассказать… вот вы вступили в должность нового управляющего. Каковы были ваши наипервейшие действия?

— Наипервейшие? — Карделю показалось, что Свеннинг не без труда выговорил это слово. — Наипервейшие… людей найти! Вот они и есть, как вы изволили выразиться, наипервейшие действия. Тут же никого не было — ни служанок, ни конюхов, ни повара. Никого, хоть шаром покати.

— Все уволились?

— Наверное, — Свеннинг пожал плечами. — Мне откуда знать. Бывает. Что ж — уволились, так уволились. Новых найти трудов не составило. Работников туг тринадцать штук на дюжину. Рынком правит покупатель.

— Понятно, — мрачно прервал Кардель. — А теперь скажите, где найти Эрика Тре Русур?

— Понятия не имею. А зачем он мне? Пока жалованье платят, мне-то что? Что есть он, что нет.

Дело шло к вечеру, но тяжелая дневная духота еще не выветрилась из леса. Солнце стояло совсем низко и давало о себе знать лишь редкими ослепительными вспышками, когда его лучам удавалось пробиться через густое переплетение ветвей. В такие моменты полчища комаров и совсем уж невидимых мошек превращались в облако огненных искр, как при лесном пожаре.

Кардель снял протез и перекинул через плечо, удерживая за свисающие ремни.

— Кровопролитие, несомненно, имело место… но никак не могу представить, что же должно было произойти. Кровь на люстре…

— И что вы думаете? — спросил Винге.

— Похоже, вдова Коллинг права. Мало того что дочь убили… еще и постарались следы замести. Комнату отмыли, отскоблили, всех, кто мог хоть что-то заметить, уволили… Ищи-свищи. Темная история.

— Логически рассуждая, в спальне с Линнеей Шарлоттой мог находиться только один человек. Жених… то есть уже муж. И он исчез. Этот факт не в его пользу… особенно в свете того, что исчез он, не оставив следов. Короче говоря, готов на пари: если мы найдем Эрика Тре Русур, значит, найдем и убийцу.

Кардель кивнул.

— Я слышал подобные истории. Правда, не с таким свирепым концом. Жених и невеста… они же почти дети. Он пыжится из всех сил, но робеет, конечно… дрожит, как заяц.