Делл скорчила какую-то странную гримасу и сказала, что она не уверена, что ей захочется стать женой человека, которого никогда не будет дома, но все же она зашла в телефонную будку и позвонила тому кавалеру и отменила назначенное свидание. Они вернулись к Делл, и она состряпала нечто вроде ужина. Ее родители поехали в крепость Монро к тетке ужинать. Джо приятно было глядеть, как Делл хозяйничает на кухне в передничке. Она позволила ему раза два поцеловать ее, но когда он подходил к ней сзади и обнимал и запрокидывал ей голову и целовал ее, она говорила, что не надо: ей трудно дышать. Он ощущал смутный запах ее волос, касался губами ее кожи, белой, как молоко, и у него кружилась голова, казалось, он сходит с ума. Ему стало легче, когда они снова пошли по улице под резким северо-западным ветром. Он купил ей в кондитерской коробку конфет. Они пошли в "Колониал" поглядеть водевиль и кино. Бельгийская военная картина была ужасно захватывающая, и Делл сказала, что, не правда ли, это очень страшно, и Джо начал рассказывать ей, как один его знакомый парень рассказывал ему, как он был в Лондоне во время воздушного налета, но она не слушала.

Целуя ее на прощание в прихожей, Джо ужасно разгорячился и прижал ее в угол за вешалкой и попробовал залезть ей рукой под юбку, но она сказала, что только, после свадьбы, и он сказал, прижавшись ртом к ее рту, когда же они поженятся, и она сказала, что они поженятся, как только он получит новую должность.

В эту минуту они услышали за собой щелканье ключа, и она втолкнула его в гостиную и шепнула, чтобы он не говорил, что они уже помолвлены. Это вернулись родители Делл и обе ее сестренки, и отец поглядел на Джо мрачно, а сестренки захихикали, и Джо ушел разобиженный. Было уже поздно, но Джо так разгорячился, что не ног лечь спать и пошел побродить, а потом заглянул к Стернам узнать, в городе ли Уилл. Уилл был в Балтиморе, искал работу, но мамаша Стерн сказала, что если ему негде ночевать и он согласен спать в кровати Уилла, то пожалуйста, но он не мог заснуть и все думал о Делл, какая она душка, и как он ее обнимал, и какой сумасшедший запах у ее волос, и как ужасно он ее хочет.

В понедельник с утра он первым делом отправился в Ньюпорт-Ньюс повидать капитана Перри. Старик встретил его замечательно ласково, расспросил, чему он учился и про его родителей. Когда Джо сказал, что он сын капитана Уильямса, старик Перри прямо не знал, куда его усадить. В добрые старые времена он служил вместе с отцом Джо на паруснике "Альберт и Мэри Смит". Он сказал, что он устроит Джо младшим офицером на "Генри Б.Хиггинботем", как только тот выйдет из ремонта, и что Джо должен пока заниматься в мореходных классах в Норфолке и готовиться к экзаменам и диплому. Самые заковыристые штуки он пройдет вместе с ним. Когда он уходил, старик сказал:

- Если ты будешь учиться так, как полагается учиться сыну твоего отца, и война затянется, то ручаюсь тебе, через пять лет ты будешь иметь собственный пароход, мой мальчик.

Джо не терпелось встретиться с Делл и рассказать ей обо всем. Вечером он повел ее в кино на "Четырех всадников". Картина была чертовски захватывающая, они все время держались за руки, и он прижимался ногой к ее полной ножке. У него шумело в голове от ее близости, и воины, и мерцающего экрана, и музыки, как в церкви, и ее волос у его щеки, и ее чуточку потного тела, прижимавшегося к нему в темноте. Когда картина кончилась, он почувствовал, что сойдет с ума, если не возьмет ее. А она прямо-таки дразнила его, и он рассердился и сказал - к черту, либо они сию же минуту поженятся, либо конец. Довольно она его мучила. Она заплакала и подняла к нему залитое слезами лицо и сказала, что если бы он по-настоящему любил ее, то не говорил бы так и что так вообще не разговаривают с порядочными женщинами, и у него стало ужасно погано на душе. Когда они вернулись к ней домой, все уже спали, и они пошли в чулан за кухней, не зажигая света, и она позволила ему ласкать ее.