Такое ощущение, что в этот момент моё сердце разрывается на миллионы крошечных кусочков, и я хочу обернуть себя вокруг него, пока он скорбит. Бен плачет очень тихо, потому что не хочет, чтобы я знала об этом. Ему просто необходимо, чтобы я позволила ему выплакаться, и это именно то, что я делаю.

Спустя пять минут, Бен берёт себя в руки, но только через полчаса полностью отстраняется от меня. Он поднимается с моей груди и ложится рядом на свою подушку, и я поворачиваюсь к нему лицом. У него всё ещё красные глаза, но слез нет. Бен дотягивается до моего лица и убирает прядь волос, показывая взглядом как признателен мне.

- Как это произошло? - спрашиваю я.

Его глаза снова наполняются печалью, но он не медлит с ответом.

- Кайл возвращался домой с работы, когда его машина съехала с дороги, - отвечает он. - Отвлёкся. Три секунды и он врезался в чёртово дерево. Он и Джордин должны были уехать в отпуск в тот вечер, и я более чем уверен, что Кайл писал ей сообщение, когда это произошло. Так мне сказали в полиции. Надеюсь, она этого пока не знает. И надеюсь, никогда не узнает.

Я медленно переплетаю наши пальцы.

- Она беременна, - добавляет Бен.

Мои пальцы замирают и я открываю рот от шока.

- Я знаю,- отвечает он. - Это чёртова судьба. Они должны были отмечать свою годовщину в эти выходные.

Я не думала об этом, но как только Бен упоминает о годовщине, я вспоминаю Джоржин в прошлом году и безумство, в котором она пребывала во время подготовки к предстоящей свадьбе с Кайлом. А теперь, спустя год, Джордин должна готовиться к его предстоящим похоронам.

- Это так печально. На каком она месяце беременности?

- Должна родить в феврале.

Я стараюсь поставить себя на её место, и почти уверена, что сейчас ей двадцать четыре. Не могу даже представить себя такой молодой, потерявшей мужа за месяцы до рождения первого ребёнка. Это непостижимо.

- Когда ты возвращаешься в Нью-Йорк?- спрашивает Бен.

- Первым утренним рейсом. Я могу остаться у своей мамы сегодня ночью, если нужно. Я должна встать действительно рано.

Он приближает свой рот к моему, - Ты не будешь спать нигде, кроме этой кровати.

Громкий стук мешает его губам поцеловать мои, потому что внимание Бена обращается на распахнутую дверь. В комнату входит Йен, мимолётно смотрит на меня, а затем снова возвращает свой взгляд.

Йен указывает на меня рукой, но смотрит на Бена. - В твоей постели девушка?

Мы оба приподнимаемся и садимся, а Йен склоняет голову, задерживая свой взгляд на мне. - Подожди. Мы уже встречались раньше. Фэллон, верно?

Не буду врать, мне приятно, что его брат помнит меня. Не то, чтобы моё лицо легко забыть. Но он не обязан был помнить моё имя, а он помнит, что означает только одно, девушки в кровати Бена не очень частое явление.

- Это мило с твоей стороны, что ты приехала, - говорит Йен. - Ты голодна? Я пришёл сказать Бену, что ужин готов.

Бен тяжело вздыхает и встаёт с кровати. - Дай угадаю. Запеканка?

Йен качает головой. - Тейт страстно захотела пиццу, поэтому мы заказали доставку.

- Слава Богу, - Бен тянет меня. - Пойдём, поедим.

- Так, давайте ещё раз, - говорит Майлз, глядя на меня и Фэллон через стол. - Вы заблокировали друг друга в социальных сетях. Вы не знаете номера телефонов друг друга, никаких контактов, ничего. Но вы встречаетесь каждый год с восемнадцати лет?

- Безумно, да?- спрашивает Фэллон, опуская стакан на стол.

- Это немного похоже на сюжет "Не спящие в Сиэтле", - говорит Тейт.

Я быстро качаю головой. - Ничего подобного. Они договорились встретиться только однажды.