После победы над Рецинием часть мутантов переселится в Империю, но большинство не захочет покидать насиженное место, и фермы станут неплохим подспорьем.

В голове не просто развернулся план — мысль воспарила над Пустошью! Восстановив баланс очков Тсоуи, Лука снова обрел способность преобразовывать не только свое, но и чужие тела! Он может лечить, менять их, а значит, он посмотрел на преобразованную арийскую руку, те, кому он доверяет, тоже смогут пользоваться бластерами.

Север с Корой в сопровождении трех жрецов и пары незнакомых суперов почти выбрались с гомонящего Лобного места, обсасывающего событие на все лады, когда из толпы с воплем выскочил маленький, юркий, очень лохматый мутант:

— Маджуро! Стойте же! Важное послание для Маджуро!

Он бросился под ноги, но мускулистый супер Дигоро схватил его за шкирку, как котенка, и собрался то ли свернуть шею, то ли вытрясти правду, пораженный Лука едва успел вскинуть руку:

— Стоять! Отпустите его.

Супер поставил мелкого на землю, тот крякнул и сел, растопырив ноги.

— Маджуро? — переспросил Агреттон.

— Все потом, — проговорил Север, подавая руку посланнику.

— Я Хорек, — прошептал он, косясь на суперов и ползком подбираясь к Северу. — Меня прислал Куница…

Кора, которая все это время молчала и старалась не отсвечивать, радостно ахнула:

— Кейн-Куница? — Ее глаза вспыхнули радостью. — Пресвятая мать, он живой?

Хорек кивнул.

— Живее некуда.

— Лука-а-а! — воскликнула Кора, повиснув у Севера на шее и заливаясь слезами. — Родненький мой! Кейн — живой! Значит, не зря я выжила!

— Ничего не понятно, — пробормотал Агреттон за спиной, — так Север, Маджуро или все-таки Лука? Не подумайте чего, это не так уж важно! Я и сам люблю всевозможные имена для разных целей, но все же…

— Все объяснения потом! — рявкнул Север.

Очень хотелось узнать, что же происходит в Империи, но Север дотерпел до резиденции шаманов, находящейся в особняке в центре Убежища. Неплохо устроились дармоеды — и обиталище в горах, и резиденция роскошная, почти как императорский дворец, с молоденькими служанками, деревянными дверями, мраморными колоннами и лестницей.

— Не по средствам живете, — заметил Север, переступая порог, — простой люд голодает, а вы…

Агреттон виновато втянул голову в плечи, молча прошел в глубь коридора, с надтреснутым скрипом отворил тяжелую деревянную дверь, взял факел со стены, суперы сделали так же и, переступив порог, перевесили их на стену зала для совещаний.

Здесь имелся массивный стол с облупившимся лаком и разнокалиберные стулья разной степени потертости, но еще не утратившие роскошного вида. Дальше, куда свет факелов попадал плохо, теснились скамьи и стулья попроще, а в кособоком шкафу были выставлены напоказ статуэтки и книги.

Высунувшись в коридор, Агреттон завопил:

— Анетта! У меня совещание! Срочно организуй писаря, воду для гостей и что-нибудь поесть…

— Не надо еды, — рявкнул Север.

— Анетта, на стол не накрывай!

Из коридора донесся сварливый голос:

— Так накрывать или нет? Вода нужна? — Дверь захлопнулась, голос стих.