— Почему ты не прикасаешься ко мне? — спросила я. Разве когда-нибудь я могла предположить, что я скажу что-нибудь в этом духе. Адам выглядел ошеломительно сейчас — всему виной он, и его взъерошенные волосы, его манящие глаза, и губы, сохранившие легкий намек на усмешку.

— Потому, что я не хочу обидеть тебя, — прошептал он.

Я была в недоумении.

— Тогда не обижай меня.

Он сдался. Его руки легли мне на талию, пальцы сжали футболку, приподнимая. Я чувствовала его сердцебиение через поцелуй, и я уверена, он чувствовал мое, — с каждым прикосновением, мое сердце сжималось до крохотных размеров.

— Стоп. — Он внезапно отстранился. Я распахнула глаза, и через несколько секунд его ресницы затрепетали, и он тоже посмотрел на меня: — Я не могу так, Аура. Ты не можешь… мы не можем.

— Я не нравлюсь тебе? — То есть, должно быть, он испытывает ко мне отвращение, верно, если он не может целовать меня. Если он не может полностью погрузиться в поцелуй отдать всего себя мне…

— Аура, — Адам встрепал волосы, вставая на ноги, и вырастая передо мной. — Конечно я хочу тебя целовать… просто это… это… я чувствую себя… не важно. Я принесу тебе чай.

Я потрясенно дожидалась, когда он вернется с моей кухни с чаем, и когда увидела его, сосредоточенного идущего по ступенькам в гостиную, едва не рассмеялась. Он пролил несколько капель себе на руку, и ойкнул.

— Это тебе за то, что ты не можешь быть искренним, — сказала я. Он протянул мне кружку, и я приняла ее.

— Я всегда искренен с тобой, Аура.

— И с другими девушками? — я вскинула брови. ДА ЧТО СО МНОЙ ТАКОЕ? Я НИКОГДА СЕБЯ ТАК НЕ ВЕЛА. Почему с Адамом я веду себя… по-идиотски? Одергиваю себя, но не могу остановиться.

Он опустился в кресло, подальше от меня, и сказал, стараясь избегать моего взгляда:

— С другими девушками я не должен себя контролировать.

— Почему ты контролируешь себя со мной?

Я сошла с ума.

Кэмерон должен сделать мне томографию мозга.

— Потому что… потому что я ощущаю себя так, словно ты… ты… ты такая невинная, а я…

Мое лицо вытянулось.

Да, когда Адам говорит это, то все действительно звучит хуже, чем есть. Я помедлила, прежде чем спросить:

— Так мы же… мы же просто… целовались? Нет?.. — В моей голове этот вопрос звучал не так глупо, а более уверенно.

Адам вскинул голову, и уставился на меня, словно я сказала, что мне в череп трансплантировали бычьи мозги.

— Ты мне действительно нравишься, поэтому я должен… быть осторожным. Поэтому… поэтому, просто давай оставим эту тему, договорились?

Я кивнула, все еще не понимая в чем суть. Несколько секунд помолчав, спросила:

— Ты поэтому ходил за мной все это время, с тех пор как увидел? — я решила сменить тему, — потому, что вспомнил меня? Поэтому расстался с Маритт?

— Нет, — саркастично усмехнулся он. — Потому, что мне нравятся крашенные брюнетки.

— Смешно.

— Я хочу помочь тебе все вспомнить, — Адам сосредоточился на моем лице, словно запоминая каждую черточку. — Хочу знать, что с тобой случилось. Хочу узнать тебя.

— Да… и все потому, что тебе нравятся брюнетки, — я закатила глаза.

— Крашеные.

— Да, крашеные.

Джульетта МакГоу пришла к Рэну Экейну, в тот момент, когда он принимал душ, и потому он вынужден был встретить ее в одном полотенце, обмотанном вокруг талии.