— Эта комната довольно неплохая, — понуро пробормотала Ава, осматривая комнатку с двумя кроватями, столом и маленьким телевизором, которую мы сняли в мотеле; на стенах выцветшие обои в цветочек, на потолке люстра в форме цветка. Ужасно.

— Ты можешь навестить своих родителей, — предложила я, присаживаясь на одну из кроватей, и роясь в рюкзаке, в поисках полотенца и зубной щетки. Я видела, как Ава смотрит на меня, думая, что я шучу, поэтому я подняла голову и добавила: — Я не могу выйти из номера, пока не стемнеет, поэтому у тебя есть немного времени, чтобы проведать своих родителей. Можешь не спешить. Я приму душ, и посмотрю телевизор. Со мной ничего не случится, если я проведу немного времени одна. Обещаю.

— Ты серьезно? — Ава скептически вскинула бровь, и та затерялась под отросшей челкой.

— Да. Я найду чем себя занять.

Аву не нужно было долго уговаривать; как только я заикнулась, что собираюсь завести будильник на шесть часов вечера, и немного поспать, она ушла.

Я осталась наедине с собой, и со своим страхом. Даже если мне удалось оттянуть время, мне все равно придется сделать это — придется выйти из этой комнаты, и отправиться на поиски ответов. Отправиться в свой старый дом, который все еще принадлежал нашей семье, и попытаться отыскать дневник. Я точно помню, где прятала его. Я делала записи регулярно — по воскресеньям. Записывала все, что случилось за неделю, и прятала в пол, под комодом с одеждой. После этого мы всегда шли всей семьей в церковь. Они ходили в церковь, когда я исчезла?

Я легла на постель, закрыла глаза и попыталась расслабиться, но мысли все крутились вокруг мамы и папы.

Веки налились свинцом, голова стала тяжелой. Я почти уснула, когда в комнате внезапно послышался какой-то шум. Я резко села на постели, глядя по сторонам. Никого не было, лишь я одна. Спрятаться было негде — дверь закрыта на ключ изнутри, но мое тело пробрал озноб плохого предчувствия.

Кто-то был здесь.

Я медленно поднялась на ноги, заглянула под кровать. В ванную, и когда вернулась в комнату. Никого. Но это не могло мне присниться или привидеться. И вот почему: я увидела на столе белое пятно. Очередное послание, которое должно вытащить воспоминания наружу.

Я рывком разорвала конверт, и вытащила из него записку.

Я помню, Аура. И ты вспомнишь.

Мое сердце заколотилось от возбуждения. Я вспомнила слова Адама о том, что лучше правды, пусть и болезненной нет ничего. Я должна убедиться, что Лиам был здесь.

Рывком натянув на себя одежду, и напялив шапку Авы, ярко-желтую, с огромным помпоном на конце, я вышла в коридор, и стремительно направилась вниз, где сидел странный паренек-гот. В его руках была книга, поэтому он не сразу обратил на меня внимание, пока я не повысила голос и не подозвала его. Инфантильный юноша поднялся со стула, глядя на меня красными подведенными глазами:

— Если есть вопросы, то к моей матери, она завед…

— Ты видел этого парня? — я ткнула мальчику, мобильником в лицо.

— Какого?

— Этого блондина. — Я указала на снимок на экране. Мы втроем — я, Лиам, Кристина, — выглядели довольными и улыбающимися.

— Ага. — Парень-гот подтвердил мои опасения. — Он спустился минуту назад. Был чем-то недоволен.

— Спасибо! — поспешно поблагодарила я, и бросилась к выходу из мотеля.

Значит Лиам все-таки был здесь. Как я и предполагала, он солгал, что не имеет никакого отношения к моему преследователю. Он выглядел таким невинным, и я почти поверила ему. Но он здесь. Со своим желанием поиздеваться надо мной.

Выйдя из отеля, я поглядела влево, и вправо.