Я зажала рот ладонями, но не могла сдержать слез. Они градом катились по моим щекам, обжигая. Я громко всхлипывала, желая, чтобы наконец произошло что-то хорошее, но Экейн и не думал, остановиться, и успокоить меня. С присущим ему хладнокровием, он продолжал:

— Надежде было пять. Кэтрин — глава Падших, настроилась на то, что Адам будет ее новым приемником, но он просто ходил в школу, желая достичь совершеннолетия, и оформить опекунство сестры на себя.

Я вспомнила слова Адама из моего сна, о том, что он не смог сделать правильный выбор, что он не смог защитить Надежду…

Боже, что же произошло?..

— Тогда к Адаму вновь пришла Кэтрин. Она всегда приходила к нему во снах, когда он был особенно подвержен ее чарам, но Адама пробудил крик сестры. Оказалось, что новый парень Адель пытался изнасиловать Надежду. Это все — дело рук Кэтрин. Она думала, что, повлияв на судьбу жильцов того дома поможет сделать Адаму выбор. Он едва не убил тогда того человека, но малышка Надежда, словно вернула своего брата к реальности. Тогда они ушли из дома. Они ушли, и им пришлось ночевать на вокзале, где Адама ранили ножом. Он умер на операционном столе, но Кэмерон вернул его к жизни. Лиам хотел позволить Адаму уйти, чтобы его страдания, наконец, прекратились, но я не мог этого сделать.

— Почему? — просипела я, шмыгая носом. Рэн уткнулся взглядом в мои колени:

— После того, как Адам пришел в себя в больнице, и узнал, что Надежда, вернулась домой, случился окончательный поворот его Судьбы. Его сестра была убита; девочка, ради которой он старался выжить, чтобы обеспечить счастливое существование им обоим, была убита собственной матерью. Его маленькая Надежда была убита жестоким способом, и именно это стало тем событием, в его жизни. Адам сошел с ума. В одно мгновение он лишился всего — себя, своей любимой сестры, цели в жизни. Он больше не мог быть сильным, и тогда он сделал то, что требовала от него Кэтрин — Адам убил свою мать садовыми ножницами.

Я всхлипнула, надавливая ладонями на глаза, чтобы прекратить поток слез.

— Даже тогда, Адам был сильным. Даже когда его душа была разбита. Он молился, просил о снисхождении, просил дать ему какой-нибудь знак, просил меня о том, чтобы избавить его от страданий. — Экейн посмотрел на меня, и от его бесстрастного взгляда мне стало нехорошо. — Именно после этих слов, я пришел к нему. Я пришел, и сказал, что никогда не стану помогать ему. Я сказал, что такова его судьба.

— Почему ты с ним так поступил? — простонала я, вытирая глаза уголком одеяла. — Он был всего лишь ребенком.

— Я поступил так, как должен был поступить, Аура, — голос Экейна ожесточился. — Я выбрал Адама, потому что чище и светлее никого не могло быть. И я сделал так, чтобы Падшие обратили на него внимание, именно поэтому. Я знал, что даже без души, этот человек никогда не будет полностью принадлежать им.

— Я не понимаю… — мне было сложно дышать, и сложно было держать глаза открытыми. Мое сердце ныло, словно то, что произошло с Адамом, пережила я сама.

— Адам никогда бы не смог совратить твою душу. Я знал, что, если заинтересуюсь им, Падшие воспримут это как вызов — они настолько глупы, что никогда бы не поняли моего плана.

— Так это был твой план? — мой голос преломился.

— Адаму пришлось пережить все это, потому что я не мог позволить Истинному Падшему прийти в этот мир, и попробовать совратить тебя, Аура.