— Конечно, почему бы и нет? — бормотала она между приступами смеха.

Ее нервозное веселье заразило Дэвида, и он тоже начал улыбаться. Наконец она успокоилась и спросила:

— Почему меня это не удивляет?

Дэвид не нашелся что сказать.

— У вас есть план? — поинтересовалась Сьюзен.

— Завтра я придумаю какую-нибудь историю и отдам свою находку, — ответил он. — Но до этого мне очень хотелось на нее взглянуть.

Дэвид многозначительно посмотрел на свою спутницу. Она смотрела на него, ожидая продолжения.

— Вы видели этого парня, — сказал он. — В нем есть что-то странное и настораживающее, верно? То же самое можно сказать о владельце «метки». Оба выглядят очень необычно. И оба помешаны на «метке».

Сьюзен терпеливо ждала продолжения.

— Преступник был уверен, что я пришел его убить, — произнес Дэвид, качая головой. — Он назвал меня учеником и пообещал, что я буду жалеть об этом несколько столетий. Не знаю, что он имел в виду. Потом он что-то бормотал насчет награды.

Дэвид немного помолчал.

— Не представляю, в чем тут дело, но я не успокоюсь, пока не разберусь. Я хочу выяснить, что это за люди и что имел в виду тот парень, — добавил он, раздраженно повысив голос.

— Он сказал «награда»? — с любопытством спросила Сьюзен.

— Да, что я не получу награды или что-то этом роде. Вам это о чем-то говорит?

— В одном документе из коллекции упоминается «награда». На самом деле речь идет о вещи — что-то вроде фирменной эмблемы или значка на лацкане. Я думаю, что слово «награда» — каламбур: то есть не только то, что пожаловано «градом», но и то, что носят «на груди». Рукопись говорит о наборе из трех предметов, один из которых, кажется, надевается на голову.

Американка сделала паузу.

— Мы два сапога пара, — заметила она с кривой усмешкой. — Нет, вы, конечно, гораздо хуже и все такое, но я тоже не идеал.

— Вы о чем? — не понял Дэвид.

— Я кое-что утаила от полиции, — спокойно объяснила Сьюзен.

— Что именно?

Голос Дэвида звучал сдержанно и ровно.

— На голове у взломщика была какая-то металлическая штука. Наверно, золотая. Когда я ударила его шестом, то угодила прямиком по обручу. Не будь на нем этого предмета, я бы его убила.

Сьюзен умолкла. Минуту она сидела неподвижно, прижав ладонь к губам; внезапно из ее груди вырвался какой-то звук, похожий на короткий всхлип. Потом она справилась с собой и решительно сказала:

— Я взяла обруч. Он у меня в столе.

— Значит, вы думаете, что под «наградой» он подразумевал золотой обруч?

Сьюзен пожала плечами.

— Ну и как это понимать? — с чувством произнес Дэвид. — У них что, какое-то тайное общество? Вроде ордена иллюминатов и прочей чепухи?

— А что вы знаете об иллюминатах? — поинтересовалась американка.

— Только то, что их всегда приплетают, когда говорят о всемирном заговоре, — ответил Браун.

— Есть еще масоны и приорат Сиона. Плюс тысячи других, — добавила Сьюзен.

— Вы в них не верите?

— Не совсем. Конечно, вряд ли все эти истории — абсолютный вымысел, но… То, что обычно выдают за тайный заговор, является попыткой увязать несвязанные вещи.

— И как вы предлагаете объяснить нашу историю, чтобы она не выглядела полным бредом?

Сьюзен вздохнула.

— Может быть, никак. В конце концов все кончится тем, что мы посмотрим на «метку» и вернем ее владельцам.