Анатолий Матвиенко. Аэропланы над Мукденом
От автора
Очевидно заранее: так не было!.. Согласимся: так не было. Все случилось иначе, и люди, мною оживленные, не таковы были, какими описаны.
Дорогие читатели! Соблюдая каноны жанра альтернативной истории, я наполнил роман действующими лицами, которые имеют исторических прототипов. Их биографии в силу авторского замысла существенно изменены, поэтому прошу не отождествлять реальных людей с моими героями. Полностью вымышлены лишь братья Самохваловы и пара второстепенных персонажей. Для простоты прогресс в воздушной технике показан схематично и кратко, а самолеты не соответствуют реальным моделям первого десятилетия авиации. Специфические авиационные термины разъяснены в глоссарии в конце романа. Книга посвящается изобретателям, самолетостроителям, летному и наземному составу военно-воздушных сил и гражданской авиации Российской империи, Советского Союза и стран СНГ, а также памяти штурмана авиации дальнего действия Евгения Александровича Матвиенко, моего отца, и памяти военного инженера стратегической бомбардировочной авиации Вениамина Александровича Матвиенко, моего дяди. Низкий поклон вам за чистое небо Родины!
Часть первая РАЗБЕГ
Глава 1 26 марта 1889 года. Санкт-Петербург
Штабс-капитан, изрядно утомившись оглашением громоздкого бюрократического опуса, зачитал его заключительную часть: — На основании вышеизложенного, комиссиею Военно-ученого комитета воздухоплавательный снаряд контр-адмирала Можайского в действительном виде либо с долженствующими усовершенствованьями признается для военного воздухоплавания неудобоприменимым. Отставной моряк десятки раз слышал подобную военно-канцелярскую казуистику. Отличались резоны, вывод оставался прежним — денег не будет. Жалкие несколько тысяч рублей, выделенные на постройку прибора в начале восьмидесятых, давно кончились, имение перезаложено, из знакомых и родственников вытянуты все суммы, которые они смогли ссудить упорному изобретателю. Пенсия, каждый рубль из которой расписан на месяцы вперед, не позволяет закончить машину. Сыновья Александр и Дмитрий, уважающие отца, но уставшие от его многолетних бесплодных попыток поднять в воздух нелепую коптящую конструкцию, отказались участвовать в его деле и живут по-своему. Флот умирает, но не сдается. Александр Федорович, давно разменявший седьмой десяток, с неизменным тщанием обходил чиновные коридоры Военного министерства. Кряжистая фигура моряка в черном контр-адмиральском мундире резко контрастировала с обличием сухопутных офицеров в зеленой форме, а его раскачивающаяся походка, словно на палубе фрегата, ничем не напоминала строевую выправку кабинетных шаркунов или кривоногую кавалерийскую стать. С петровских времен армия и флот были поделены на две непересекающиеся касты, внутри каждой из которых насаживалось презрение к иным. В угоду этой вражде часто забывалась главная задача вооруженных сил — военная защита интересов империи. Нет, контр-адмирала здесь никто не оскорблял. Он получал положенное по уставу количество офицерской вежливости, его принимали, выслушивали. Но дальше дело не шло. В «родном» Морском министерстве дела обстояли еще хуже: коллеги-адмиралы интересовались только постройкой новых кораблей и сопутствующими изобретениями — системами управления огнем, навигации, снабжения, обслуживания и т.д. Морская авиация, в самом оптимистичном случае, представлялась им как привязные аэростаты для наблюдения за акваторией. Да и то, в эпоху паровых двигателей угольный дым из топок распространялся на многие мили, демаскируя эскадры. Посему разведывательное значение воздухоплавательный аппарат мог бы получить только при реальном радиусе действия во многие десятки миль. |
