— Ты чего ржешь, конь? Крыша поехала? — Гешка притворился спящим.

Наутро в подразделение зашли два молоденьких, одетых во все новенькое капитана. С порога они вежливо, но длинно отчитали Яныша за то, что тот сидел на тумбочке и читал книгу, после чего поинтересовались, где командир роты.

— А у нас его вообще нету, — с трудом скрывая удовольствие, ответил Яныш.

Капитаны тогда попросили вызвать замполита.

— А замполит на засаде.

Посовещавшись вполголоса, капитаны спросили о наличии старшины.

— А все на засаде. Никого нет! — вздохнул Яныш, чувствуя моральное удовлетворение.

Капитаны снова посовещались, после чего один из них сказал:

— Ну и ладно, обойдемся без них… Мы из политотдела, товарищ солдат.

Офицер выждал паузу, необходимую, наверное, для того, чтоб Яныш до конца осознал, кто перед ним. Но широкое румяное лицо Яныша не дрогнуло.

— Нам поручено провести у вас осмотр личных вещей солдат и сержантов на предмет товаров, которые приобретены в дуканах.

— И в качестве трофеев тоже, — добавил второй капитан, с прищуром глядя на Яныша, отчего тому захотелось тут же вывернуть карманы.

Капитаны прошли по коридору, уверенно распахнули дверь каптерки, Гешка, примерявший в очередной раз горный комбез, вздрогнул от неожиданности и стал быстро стаскивать с себя чужую одежду.

— А вот и помощничек, — сказали капитаны, оглядели стеллажи и показали Гешке на самую верхнюю полку. — Вот оттуда начинайте по одному снимать рюкзаки.

В дверях выросла фигура Яныша. Он прислонился плечом к косяку, с любопытством наблюдая, как капитаны развязывают ремни рюкзаков и высыпают на пол их содержимое.

— А что, нельзя дуканские вещи иметь солдатам? — спросил он.

— Нельзя, — ответил один из капитанов и сказал своему коллеге: — Записывай: брелоки с «мадонкой» — пять штук, кусачки для ногтей — три, браслет магнитный — три…

Гешка кашлял под потолком, чихал от пыли.

— Со следующей полки тоже? — спросил он.

— Да, все до единого.

— …ручки китайские — семь штук, часы — одна штука.

— Японские?

— Нет. Штамповка, Гонконг. Дальше — кассета с «Пупо» — одна… А вот и презервативы! — Капитаны минуту рассматривали картонную коробочку с фотографией девушки в узких трусиках.

— Такую гадость записывать не надо, — сказал один капитан.

— Как же не надо! — возразил другой. — Напиши так: американское изделие — одна упаковка.

Яныш хрюкнул от смеха. Капитаны недоброжелательно покосились на него.

— Товарищ капитан, — резко обратил смех в вопрос Яныш, — а офицерам разрешается иметь дуканские товары?

— Офицерам разрешается, — ответил капитан, поймал очередной рюкзак, покрутил его в руках, отыскивая бирку, и прочитал вслух: — Сержант Игушев. Что ж, посмотрим на моральный облик сержанта Игушева.

Он быстро развязал рюкзак и перевернул его.

— Ну вот, — офицер присел на корточки, поднял с пола полиэтиленовый пакет, — женские трусы «Неделька» — одна упаковка, жвачки — три пачки, гранатовое ожерелье, лезвия — раз, два, три, четыре, пять блоков! Недурно, да, товарищ солдат?

В рюкзаках молодых, к счастью, запрещенных товаров не оказалось.

Все конфискованные брелочки, кусачки, ручки, трусики и прочие иностранные изделия капитаны положили в большой пакет с рекламой джинсов, подсчитали общее количество предметов и предложили Гешке и Янышу поставить под списком свои подписи.