|
— Я исполнил приказание вашей милости, но господин Дагобер провожал в это время сына и… — Хорошо… идите… — резко и повелительно оборвал его маршал. Слуга вышел, а маршал продолжал ходить по комнате, яростно комкая в левой руке какое-то письмо. Это письмо невинно подал ему Угрюм, который, когда маршал вошел, подбежал к нему, чтобы сделать приятное. Наконец дверь отворилась, и появился Дагобер. — Я вынужден, однако, довольно долго дожидаться вас, — сердито заметил маршал. Дагобер, более огорченный, чем изумленный, таким обращением, которое он благоразумно приписал возбужденному состоянию хозяина, jpnrjn ответил: — Извините, генерал, я провожал сына и… — Не угодно ли прочитать? — резко прервал его маршал и сунул ему письмо. Пока Дагобер читал, маршал, откинув ногой попавшийся ему на дороге стул, продолжал с накипающим гневом: — Значит, у меня, в моем доме, есть негодяи, подкупленные врагами, преследующими меня, не давая передышки… Прочитали, месье? — Новая подлость… прибавленная к остальным! — холодно отвечал Дагобер, бросая письмо в камин. — Это письмо — ужасная низость… но в нем говорят правду! — сказал маршал. Дагобер взглянул на него, ничего не понимая. Маршал продолжал: — И знаете вы, кто подал мне гнусное письмо? Право, можно подумать, что в это дело вмешивается сам черт! Ваша собака! — Угрюм? — спросил Дагобер, остолбенев от изумления. — Ну да! — с горечью отвечал маршал. — Верно, это милая шутка вашего изобретения? — Мне не до шуток, генерал, — с грустью отвечал Дагобер. — Я и понять не могу, как это случилось… Разве только собака нашла письмо в доме, и так как она привыкла носить поноску, то вот и… — Но кто же мог доставить это письмо в дом? Значит, я окружен изменниками? Значит, вы ни за чем не смотрите, вы, которому я полностью доверяю… — Генерал, выслушайте меня… Но маршал, ничего не слушая, продолжал кричать: — Черт знает что такое! Неужели, проведя двадцать пять лет жизни на войне, сражаясь с армиями, борясь с невзгодами изгнания и ссылки, я устоял против всех ударов для того, чтобы пасть под булавочными уколами?.. Как? Даже у себя дома меня будут безнаказанно мучить, преследовать, пытать каждую секунду — и все из-за низкой ненависти, причины которой я не знаю? Но когда я говорю, что не знаю, я ошибаюсь. За всем этим стоит, я уверен, изменник д'Эгриньи… У меня нет другого врага… это все он… этот человек… Довольно! Пора с ним покончить… я устал… я выбился из сил… — Но, генерал, ведь он священник… — А что мне за дело, что он священник! Я заставлю этого предателя вспомнить, что он был солдатом… — Но, генерал… — Говорю вам, что я должен, наконец, наказать кого-нибудь, — с яростью воскликнул маршал. — Я должен, наконец, все эти мерзости и низости свести к одному живому лицу, которое мне за ник и ответит! Ведь моя жизнь сделалась адом… меня опутали со всех сторон… вы это знаете… И никто не старается избавить меня от гневных вспышек, которые меня сжигают на медленном огне! И мне не на кого рассчитывать!. |
