И тогда, поколебавшись, Настя рассказала, что ей удалось увидеть со своего наблюдательного поста. За лазаретом следить просто. Дверь в него находится напротив одного из трапов, ведущих на среднюю палубу. Возле верхних ступеней стоит какой-то баллон, назначения которого она не знала, но за ним очень удобно было прятаться. Ни со средней палубы, ни снизу ее не было видно. Она проскучала в своем укрытии около получаса, а затем увидела человека в черном плаще, который зашел в лазарет. Через некоторое время этот человек вышел, поднялся по трапу и быстро прошел мимо, а буквально следом за ним выскочил Викентий Колыхалов. «Ага, — сказала себе Настя. — Я была права. Жертвы отравления так прытко не бегают». И побежала за ним. Человек в плаще подошел к каюте полковника, поковырялся в замке и открыл дверь. Колыхалов нырнул в свою каюту, а Настя в свою. В приоткрытую дверь она видела, как человек в плаще вышел из каюты полковника, затем туда направился Викентий, а через некоторое время в коридоре появился сам полковник… Настя услышала возню и шум, потом увидела, как Клим Ворошилов тащит упирающегося Колыхалова в каюту Арье. Там ей пришлось ретироваться — в коридоре было полно охранников.

— Что бы это значило? — озадаченно спросила Катя. — Я ничего не поняла. Кто же преступник? Викентий? Он, что же, сам себя отравил? А за кем он шел? Что это был за человек в черном плаще?

— А почему ты решила, что преступник — не участник игры? — спросила Анна.

— Потому что мы потом обменялись впечатлениями, — пожала плечами Настя. — Никто из тех, за кем мы наблюдали, не надевал черного плаща.

— А как он выглядел? — спросила Екатерина.

— Среднего роста, не толстый, — ответила Незванова-младшая. — Больше ничего сказать не могу. Он был в шапочке, и воротник плаща был поднят.

— Да… — протянула Анна. — Значит, несчастные случаи отпадают. На борту шастает преступник. И может быть, не один. Наверное, субъект в плаще и Викентий как-то связаны между собой. Но все равно ни черта не понятно. Если Викентий отравился, то каким образом он так быстро выздоровел? Ведь Яшин, насколько мне известно, до сих пор лежит в лазарете.

— Мы его не видели, — возразила Настя. — Может быть, человеком в плаще был Яшин.

— А может быть, женщина, — предположила Анна. — Версии могут быть одна другой нелепее. Но как бы нам правду узнать?

— Господи! — воскликнула Булычева. — Правда рано или поздно выяснится. А вот что нам теперь делать? Запираться в каютах и никуда не выходить? Он же может любого из нас… И детей… Будь проклята эта игра! Все, я отказываюсь в ней участвовать. Не нужны мне эти деньги! Обойдемся!

— Не глупи, — спокойно усмехнулась Анна. — Если организаторы игры решат ее продолжить, останется четыре команды. Твои шансы выиграть увеличиваются.

— А если он еще кого-нибудь отравит, то шансы станут еще больше, — язвительно проговорила Настя. — Мамочка, ты иногда говоришь такое!..

— Я вот что думаю, — прервал молчание Коля, почувствовав назревающий между матерью и дочерью скандал. — Пока мы не поймем, чего он хочет, мы его не выловим. Правильно, Настя? Как это в детективах называется? Мотив преступления? Мы с ребятами подумали, что преступник — один из игроков, который хочет вывести конкурентов из игры, так? Но тогда он это как-то неправильно делает. Колыхалов сразу встал на ноги и побежал за неизвестным субъектом. Яшин, наверное, тоже поправится. Доктор говорил, опасности для здоровья нет. Наташка и ее мать стрелы, конечно, испугались, но играть продолжают, в запертой каюте не сидят.