Как тактик, Борг Тансер не мог ею не восхищаться. Как командир отряда, он ненавидел ее за троих убитых, которые лежали у входа в ее тесный коридорчик. Конечно, существовали альтернативы. Например, они могли просто уйти и выпустить из этой развалюхи весь воздух.

Он всесторонне обдумал такую возможность, но решил этого не делать. Награда была выше – значительно выше – в том случае, если ее захватят живой. Если бы только он мог придумать какой-то способ выманить ее из этого проклятого тупика!

Неожиданно Тансер застыл на месте, резко повернувшись в сторону грузового трюма. Выстрелы, доносившиеся оттуда, смолкли. Он сделал несколько осторожных шагов вдоль коридора, проверяя, так ли это.

Тишина. И ребята, посланные на захват дружка, не подают голоса.

Вернувшись обратно к началу коридора, он тихо сказал несколько слов на ухо своему заместителю, а потом быстро, но осторожно пошел обратно, держа пистолет наготове.

Человек заорал, когда клинок вспорол мышцы и сухожилия у него на плече, но сумел кое-как вывернуться, оказавшись вне досягаемости и переложив свое оружие в другую руку.

Вал Кон перевернул клинок, взяв его за острие. Это не метательный нож, но когда выбора нет…

Взрыв и боль пришли одновременно. Ударом его развернуло на сто восемьдесят градусов. Он бросил нож в того, кто стоял в дверях с пистолетом, а потом темнота поглотила его. Удара опустившейся на голову трубы он уже не почувствовал.

Морджант стоял над рухнувшим дружком с трубой в руке. Из плеча у него струей текла кровь. Тансер бросил ему зажим из аптечки у пояса.

– Где Харрис и Зел?

– Погибли, – прохрипел Морджант, которому, казалось, не хотелось оставить своего поста над распростертым на полу телом. – Еще минута – и меня бы он тоже сделал. Рад, что ты пришел.

Он наклонился над телом, всмотрелся в него, а потом выпрямился и посмотрел на Тансера.

– Босс, он вроде бы еще дышит. Добить?

Но все внимание Тансера было сосредоточено на ноже, который по рукоять ушел в стальную стену в двух дюймах от его головы. Он высвободил клинок и тихо присвистнул: хрусталь был целехонек, лезвие не зазубрилось. Он заправил нож себе за пояс.

– Босс? – снова окликнул его Морджант.

– Не надо.

Тансер убрал пистолет в кобуру и подошел к пареньку. Наклонившись, он схватил его за ворот и приподнял, словно утопшего котенка. Кровь стекала по его рубашке и капала на пол.

– Перевяжись! – рявкнул Тансер на изумленно уставившегося на него Морджанта. – И найди пистолет. Пойдем разговаривать с сержантом.

Последние пятнадцать минут они не вылезали. По-прежнему оставались на месте, но вне досягаемости. Время от времени один из них стрелял в сторону коридора – наверное, проверяют, не заснула ли она. Она не трудилась отвечать тем же.

Передышка в их деятельности позволила Мири перезарядить пистолет, проверить, сколько патронов у нее осталось, и глубоко задуматься о том, насколько неразумно нарушить приказы старшего по чину, не говоря уже о том, чтобы отходить хоть на шаг от напарника, когда обстановка явно накаляется.

Ни одна из этих мыслей не была особенно утешительной или полезной. Она прогнала их и переменила позу – и тут ее внимание привлекло какое-то движение у входа в ее коридор.

Мири подняла пистолет, дожидаясь, чтобы противник подошел на расстояние выстрела. Но он только швырнул сверток, который тащил в руках. Сверток упал на пол, покатился – и остановился достаточно близко от нее.

Она застыла, по-прежнему держа на прицеле человека у входа, но глаза ее были устремлены на того, кто застыл так неподвижно, неизящно разбросав руки и ноги.

«Нет! – подумала она. – О нет! Вал Кон, ты не мог…»

– Сержант! – громко крикнула мишень из входа в коридор.