Глава 6

Личный лекарь дайны Эннис как то так закрепил поводья, что лошадь, подошедшая близко к крыльцу и послушно вставшая на месте, вообще замерла. Ане даже пришлось приглядеться к её бокам, чтобы увериться, что она ещё живая.

Затем лекарь заторопился за Аней и успел обойти её, чтобы учтиво открыть перед ней дверь. Аня не то кивнула, не то просто склонила голову – сама не поняла, но, кажется, жест получился достаточно аристократичным, чтобы этот лекарь выдавил из себя «приличествующую» светскую улыбку.

В гостиной раздавалось постукивание: печник проверял отопительную систему дома, и глуховато из за двери учебной комнаты доносилось мощное контральто дайны Сарейд. Впрочем, гостиная тоже оказалась в движении: Бридин вытирала пыль со всех предметов мебели, куда только могла дотянуться… Аня предложила лекарю:

  Можете оставить свой плащ на той вешалке. – И попросила старушку:   Бридин, принесите нам чаю, пожалуйста.

Старушки любили, когда к ним обращались с просьбой сделать что то лёгкое, по их силам. Особенно сейчас, когда обе щеголяли в новых, пошитых Аней тёплых платьях и фартучках, а по дому шастали в прикупленных «калошках», таких же, как у хозяйки, но не кожаных, а шерстяных. Так что Бридин на слова Ани аж расцвела улыбкой и тут же засеменила в коридор, ведущий в кухню.

Аня же пригласила гостя сесть в любимые кресла Никаса и Оноры, стоявшие рядом с небольшим столиком, на котором обычно оставляли газеты и журналы. Выбрала же она это место по двум причинам: поняла, что не боится своего необычного (если вспомнить, кто он) гостя, а ещё поняла, что он и впрямь готов к откровенному разговору.

Ко всему прочему, Аня сообразила, что дайну Мадэйлеин не стоит ждать рано: пока до неё доедут с сообщением (а это будет очень поздно, если учесть представление полицейских о том, во сколько встают богатые и родовитые дайны) из полицейского участка, пока она рванёт к Партхланам, чтобы устроить им крутые разборки и жёсткую выволочку, пока под конец этой самой выволочки присмиревшие Партхланы начнут её умолять съездить к дайне Агни и решить вопрос (знать бы ещё, какой!) с Лиссой, пройдёт точно не меньше часа.

Заметив, что насторожённый гость время от времени скашивается посмотреть на дверь, из за которой доносятся два женских голоса – звонкий девчоночий альт и глубокое контральто, Аня успокоила его:

  Там учебная комната моей младшей сестры. С муниципальной учительницей она занимается по общей магии. Им сидеть ещё два часа, так что нашей беседе не помешают.

С её последними словами в гостиную вплыла Бридин и поставила поднос с чаем на столик, заблаговременно очищенный Аней от газет и журналов.

  Спасибо, Бридин.

Старая служанка сдержанно присела почти в книксене и, прихватив тряпочку для вытирания пыли, удалилась. Кажется, старушка решила не мелькать на глазах хозяйки, которая вздумала принять гостя в гостиной, а не в кабинете, например. «Ещё бы я его в кабинет запустила!»   хмуро подумала Аня, разливая травяной отвар из заварочного чайничка по чашкам, а затем откидывая крышку на пружинке с металлической вазочки, полной домашнего печенья.

  Прошу вас,   пригласила она гостя к чаепитию и, как надеялась, к обещанному разговору.

Лекарь с некоторым подозрением («Хм – в стане врага же!»   невольно усмехнулась Аня) отнёсся к предложенному напитку. Но вид пригубившей чай хозяйки дома успокоил его. Отпив же из чашки, он уже с удовольствием поднял брови:

  Я узнал, по крайней мере, три травы.