Когда Никас закрыл ворота, бричка дина Лугуса бодро заспешила от поместья. Аня представила, как он сегодня приедет в родительский дом и, возможно, выспится в нормальной постели – впервые за долгое время без мысли о том, что время от времени нужно вскакивать с кровати, чтобы посмотреть… не умерла ли его подруга…

  Столько всего сегодня,   медленно сказал Никас, тоже глядя вслед бричке, а потом повернулся и предложил Ане руку, за которую она немедленно уцепилась. – Столько открытий… столько новостей?

  Да, скорей всего – новостей,   вздохнула Аня.

  Ты будешь сообщать Таегану?

  В письме? Пожалуй, пока не стоит. Он обещал приехать через две недели, как только разрешит одну проблему на границе. Не думаю, что его надо тревожить такими сообщениями. А вот когда приедет…

  Согласен,   медленно сказал Никас и улыбнулся чему то своему.

Аня еле разглядела эту его улыбку, но с любопытством спросила:

  Ты о чём?

  Я так боялся разговора с дином Лугусом о том, что ему пора уезжать. А он сам высказал пожелание. Очень деликатный дин.

Они остановились перед лестницей на крыльцо. Несмотря на поздний вечер, заходить не хотелось ни ему, ни ей. Аня, вспомнив, улыбнулась:

  Помнишь, однажды ты сказал кое что о характере Оноры?

  Помню,   ухмыльнулся брат. – Что она только выглядит бедненькой и приниженной, но характер у неё есть? Это ты имела в виду?

  Это! – засмеялась Аня. – Как она выгнала нас всех из комнаты дайны Эннис! Никто не осмелился протестовать! Ладно, Никас. Мы то с Онорой можем позволить себе не спать до поздней ночи, но тебе завтра на работу. Идём в дом.

Перед тем как разойтись по комнатам, договорились заглянуть к дайне Эннис и Оноре, которая, кажется, решила подежурить ночь у подопечной и которой никто из старших не решился возразить по этому поводу, хоть и были сомнения. После едва слышного Аниного стука в дверь Онора открыла её и прошептала:

  Можете взглянуть, но только не шуметь.

На чистой белой постели дайна Эннис лежала – страшней не бывает. «Труп – он и есть труп,   поёжившись, подумала Аня. – И как Онора не боится сидеть рядом с ней?»

Никас встал рядом с кроватью дайны Эннис и слегка склонил голову, словно видел нечто неожиданное и не дающее отвести взгляд. Причём смотрел не просто на голову дайны, а обводил глазами пространство поверх и вокруг неё.

Дни, проведённые в библиотеке «мужа», не прошли даром и для Ани.

Присмотревшись не совсем уверенным магическим взглядом, Аня только сейчас сумела разглядеть то, что видели и Онора, и брат. В лачуге дина Лугуса у неё это не получилось. Переплетение призрачно разноцветных линий окутывало всю кровать, а не только беспомощное тело дайны Эннис. Когда Аня приноровилась смотреть так, чтобы различать отдельные линии, она заметила ещё кое что: вся эта «плетёнка» медленно вздымается и опускается над дайной Эннис. Не сразу, но стало понятно, что магическое сплетение «дышит» вместе с человеком внутри него.

Онора дотронулась до руки Ани и кивнула на дверь. Пора выходить. Аня улыбнулась ей, отметив стул, приставленный к кровати. Кажется, Онора собирается сидеть возле «больной» всю ночь.

Они вышли, а когда дверь за ними закрылась, Никас передёрнул плечами.

  Умом понимаю, что здесь безопасно. Но Онора слишком решительна. Жаль, что завтра не выходной. Я бы остался рядом с ней.

  А она не обиделась бы? – задумалась Аня.