Онора, ты видишь лучше нас всех,   не оглядываясь на девушку, сказал Никас. – Можешь спрогнозировать: что будет, если отобрать карточки у Кристал и Кегана?

Опасливо скашиваясь на дайну Эннис, которая дикими глазами смотрела на них на всех, Онора подошла ближе к подросткам. Аня поразилась: девушка провела ладонью по линиям сиреневой магии, которая стекала от ладоней Кристал и Кегана к разложенным на полу карточкам. Постояв немного в раздумьях, Онора предположила:

  Наверное, в первую очередь надо отсоединить Греди от брата и Кристал. Я вижу, как с его пальцев стекает к ним магия, цветом похожая на цвет карточек.

  Это не повредит Кегану и Кристал? – забеспокоился Никас.

  Не знаю, можно ли предположить такое с уверенностью, но, мне кажется, именно ты должен убрать ладони Греди от брата и Кристал.

  Почему я?

  Агни…   Онора замялась, видимо не желая произносить при дайне Эннис «в положении». – Агни уязвима,   нашлась она. – А ты тоже маг образов. Попробуй. Думаю, у тебя получится отсоединить Греди и… вернуть Кегана и Кристал.

  Но хотя бы примерно можешь сказать, что с ними происходит? – настаивал Никас, неуверенно подходя к подросткам.

  Если судить по состоянию дайны Эннис, они создали такую структуру магии образов, что её мощный поток сумел не только придать ей сил, но и пробудить её.

Дайна Эннис под своим одеялом отчётливо поёжилась, снова с изумлением глядя на подростков. Аня, не сводя с неё взгляда, чуть не в воздух поинтересовалась:

  Но, если Никас уберёт ладони Греди с их плеч, что будет с дайной Эннис? Сиреневый цвет ещё не опал над ней.

  Я вижу, как постепенно бледнеет марево магии,   объяснила Онора, которая медленно, но верно начинала брать себя в руки.

  То есть скоро сияние от карточек пропадёт? Но тот поток не пропадает!

  И не надо. Дождёмся, пока марево совсем не исчезнет, а потом можно будет убрать Греди от брата и сестры.

Хриплый кашель с кровати заставил обернуться к дайне Эннис.

  Где я? – прохрипела она. – Кто вы? И что здесь такое?

  Пока вы объясняете ей, я принесу молока,   решила Аня и побежала на кухню.

Знать точно не знала, но, по её мнению, молоко, да ещё подогретое, – лучший вариант для женщины, выглядевшей, как проголодавшая пару лет баба Яга, и говорившей так же. В гостиной кто то уже притушил четыре свечи из пяти – наверное, бережливые Бридин или Сайл, но всё ещё виднелись очертания предметов, так что Аня легко нашла коридор в кухню. Провозившись не более пяти минут, она побежала назад, горя любопытством, что там, наверху, ещё могло произойти за время её отсутствия.

Ничего особенного. Подростки всё ещё находились в той же «композиции». Зато сиреневый цвет карточек перестал подниматься к кровати дайны Эннис. Тянулись к ней теперь только невнятные лучи от пальцев Кегана и Кристал.

  Вот теперь можно,   твёрдо сказала Онора, и Никас шагнул к ребятам.

Встав сбоку от Греди, старший брат осторожно взялся за его руки и удивился:

  Их легко снять!

Едва он приподнял ладони Греди, оборвав таким образом его связь с братишкой и сестрёнкой, Греди внезапно дёрнул головой и испуганно проговорил:

  Мы не думали, что так будет!

Но взрослые уже смотрели на другое: сиреневые нити лучи пропали совсем!

Получается, Греди подпитывал магию брата и сестры?

Кристал пошатнулась и чуть не упала со стула – Никас придержал её.

  Ой…

Подбежала Онора, помогла Кристал встать, как и очнувшийся от странного оцепенения Греди помог встать Кегану.

Аня смотрела смотрела и, наконец, скомандовала, глядя на Никаса:

  Оставьте меня с дайной Эннис и разберитесь хотя бы с младшими!

  Хорошо,   пробормотал старший брат и строго кивнул младшим на выход.