— Больше смахивает на ночной кошмар.

Он спрятал бинокль под куртку.

— Дай мне несколько минут.

Я снова взял газету.

— Хорошо, я пойду через пятнадцать минут после тебя.

Чарли поднялся и положил руку мне на плечо.

— Послушай, дружище, я хочу сказать тебе спасибо…

Он сделал паузу, и мне показалось, что у него перехватило горло.

— Некоторое время я сомневался, что ты пойдешь. Я испугался. Мне действительно нужна твоя помощь.

Я не знал, что мне делать. Мои мысли словно заморозились. Черт подери, что он собирался делать дальше? Поцеловать меня?

— Надеюсь, ты помнишь обратную дорогу, старый глупый ублюдок?..

Чарли улыбнулся; он знал, что это было слегка чересчур для меня. В отношениях с мужчинами моих эмоций хватало на какую-нибудь надпись на пивной кружке.

— Может, да, может, нет. Если я заблужусь, я спрошу дорогу у одного из этих милых полицейских. Их здесь до черта, не так ли?

Он пошел вперед, и я тотчас же пожалел, что не сказал ему, что я чувствовал. Он был моим другом, конечно, я никогда бы его не оставил. Но это было еще одной моей проблемой. Я всегда находил, что сказать, когда было уже поздно.

Я еще десять минут полистал газету, в моей голове роилась куча мыслей и предположений «что, если». А что, если Баз окажется дома? Что, если мы столкнемся с ним в коридоре? А что, если в доме-то и сейфа вовсе не окажется?

На мой взгляд, трехчасовое планирование трехминутной операции было недостаточным. Но, возможно, Чарли был прав. О чем я беспокоился? Мы тщательно обдумали свой план и все «а что, если» еще в гостинице.

Я снова подумал о Силки, пытаясь сконцентрироваться на чем-то хорошем. Минут через пять я понял, что это не срабатывает. Как бы я ни старался, я не мог преодолеть свое самое большое беспокойство: Чарли может забыть весь план, когда окажется у цели.

Я встал с лавочки и пошел вниз по склону, проходя мимо рядов молодых улыбающихся лиц похороненных с 1956-го. Они все были приблизительно того же возраста, что и Стив, когда он присоединился к ним.

Глава четвертая

Дождь закончился, и сквозь тучки пробилось даже несколько звезд.

Я прошел мимо оперного театра, следуя по тому же маршруту, что и в прошлый раз. Моей обязанностью было осмотреть дорогу от дома до отеля, Чарли делал то же самое с другой стороны «Приморского».

На улицах и тротуарах движение все еще было оживленным, даже сейчас, в половине двенадцатого. Практически все магазины еще работали, а МакДональдс и вовсе был переполнен. Я надеялся, что Тбилиси не был ночным городом, потому что это сделало бы нашу жизнь намного проще, но не тут то было.

Я вышел из отеля где-то около половины девятого, после того как попросил консьержа подсказать мне пару мест, где я мог бы поужинать. Это выглядело вполне естественно, так как отель был сильно переполнен и вообще напоминал Организацию Объединенных Наций. Конференция «Би-Пи Грузия» закончилась, и в ресторане и баре европейских языков было больше, чем рубашек поло.

Чарли должен был раздобыть для нас экипировку работников нефтепромышленности, чтобы переодеться для перелета. Мы обязательно промокнем и испачкаемся, пытаясь проникнуть в дом, поэтому перед тем, как покинуть страну, нам нужно будет немного прихорошиться.