— Ты знаешь о том, что там у них произошло? — Линган остановился напротив нее.

— Кое-что, но только с ее слов, хотя и не похоже, чтобы она врала, Этель подбирала слова. — Познакомились они случайно. Недолго встречалиь, меньше месяца. Он слегка напоил ее и затащил в постель. Ей немного лет, но она достаточно опытна в таких делах, Линган. — Этель прямо смотрела на него. — И Инга не из тех женщин, которые будут переживать из-за одной ночи. Тем не менее, она твердо уверена, что подверглась насилию.

— Подожди-подожди! Она добровольно поехала к нему?

— Добровольно. — Этель кивнула. — Только он снял ей блоки силой.

— Ты уверена?

— Инга так считает.

— Это произвело на нее такое сильное впечатление?

— Да. Но еще более сильное впечатление было от того, что после этого он выгнал ее.

— Прямо после этого?

— Вот именно.

Линган сел в кресло и задумчиво посмотрел на Этель.

— К сожалению, я думаю, что твоя подруга сказала неправду.

— Как так? — Этель вскинула голову.

— У меня уже было несколько подобных жалоб на Диггиррена. Эта четвертая, и, конечно, все это начинает напоминать систему…

— Часть девушек могли и не дойти до вас, Линган.

— Я тоже так считаю. — Он кивнул. — Но дело не в этом. Я сам проводил им зондаж и коррекцию психики после этого, и квалифицированно могу сказать, что насилия не было.

— Вы уверены? — Глаза Этель расширились.

— Я один из лучших специалистов в этой области, к тому же Председатель Совета, и совсем не заинтересован в такого рода скандалах. Насилия не было, Этель. Все происходило добровольно, а вот то, что он больше не хочет с ними встречаться — это сугубо его дело, как ты понимаешь, но никак не наше. У нас нет права вмешиваться в его личную жизнь. Вот когда он придет просить согласие на брак — можем подумать.

— Если так пойдет дальше — он никогда не придет его просить и при этом покалечит огромное количество женщин. Инга говорит, Диггиррен чертовски обаятелен, когда хочет понравиться. Неужели ничего нельзя сделать?

— Боюсь, что так. Меня это тоже беспокоит, но и повода требовать зондажа его психики у меня нет. В противном случае я бы настоял на этом сразу после первого обращения. Ты мне веришь?

— Я знаю вас с детства, какой вам смысл меня обманывать? — Этель задумалась. — Линган, вы можете как-нибудь ошибаться? Есть ли другой специалист, к которому можно обратиться?

— Ты меня обижаешь, девочка! — Линган вспыхнул, подумав, что вряд ли бы у кого-нибудь еще в стране хватило наглости усомниться в его квалификации, но вспомнил, что у Диггиррена была очень высокая скорость мыслепередачи, и тоже задумался. Вся эта история ему не нравилась и казалась несколько странной, только никакой зацепки не было.

— Можно еще спросить у Строггорна ван Шера. Только если у тебя и твоей подруги хватит на это смелости.

— Не думаю, что это доставит мне удовольствие, учитывая его репутацию. Он действительно такой страшный человек, как об этом говорят? — У Этель не было не малейшего желания связываться со Строггорном.

— Боюсь, то, что о нем говорят, — это еще не вся правда. С ним сложно поладить, и он будет забираться в твою голову, хочешь ты этого или нет.

— Господи, он что, такой беспринципный человек?

— Нет. Но у него такая большая скорость мыслепередачи, что обычно ему просто лень выслушивать объяснения и он предпочитает забираться в голову собеседнику.