— Ой, да я не про то, — отмахнулась Купава, — Переодеться тебе надо!

— Зачем? — приоткрыв второй глаз, удивлённо спросил я, осматривая себя. Одежда у меня всегда была лучшей, из той, что можно было найти в этом времени. Крепкая, удобная, не маркая. Да ещё и замагиченная.

— О — оо… — простонала Купава, закатив глаза, как делают женщины всегда — когда хотят показать всю глубину мужской глупости, — Ты князь и встречать будешь князя. Эта одежда, что на тебе, годится чтобы по улицам ходить. А тут, два князя встречаются. Не понимаешь?

— Неа, не понимаю, — ответил я, снова размещаясь поудобнее в кресле и прикрывая глаза, — Рогволод с дороги прибудет, грязный, потный. Его бы сразу в баньку сводить. А ты меня хочешь нарядить как попугая — его встречать.

— Не знаю, кто такой попугай, но ты должен быть одет по — княжески, — категорично заявила Купава, уперев руки в свои крутые бёдра, чем вызвала у меня мысли, направленные совсем далеко от прибытия Полоцкого князя. Купава, уловив смену моего настроения и интуитивно поняв, куда ушли мои мысли, слегка смутилась.

— Милая, посмотри на того петуха, — показал я на выхаживающего среди стаи кур пернатого красавца.

— Ну, петух как петух, — пожала она плечами.

— Ты сказала, что не знаешь, кто такой попугай, — терпеливо объяснил я, — Так вот, попугай меньше петуха, но ещё ярче его и летает. Но по сути, такая же глупая и драчливая птица, которая непонятно чем гордится. Поняла?

— Поняла, — кивнула Купава, поглядывая то на петуха, то на меня. Сравнивает, что ли? А потом она заблажила, — Рогнеда! Рогнеда!!!

— Ты чего?! — из дома вылетела полуодетая Рогнеда и увидев, что пожара нет, все живы, недоумённо спросила, — Что случилось, чего орёшь как оглашенная?

— Арес не хочет переодеваться, говорит, что он не петух летучий, — ответила Купава, а Рогнеда распахнула свои глазищи и недоумённо спросила:

— Какой петух?

— Летучий, — коротко ответила Купава.

— Почему летучий?

— Не знаю, у Ареса спроси, почему у него петух летучий, — обвинительным тоном сказала Купава и вопросительно посмотрела на меня.

А я, чувствуя, что медленно и неотвратимо начинаю стекать под кресло под воздействием женской логики, не выдержал и громко рассмеялся. Жёны, спокойно стояли и ждали, когда прекратится моя истерика. Когда я просмеялся, Купава упрямо сказала:

— Пошли переодеваться! Рогнеда, помоги, хватай с другой стороны этого медведя и потащили его переодевать.

— Я не медведь! — возмутился я, — Знаешь где я этих медведей видел?

— Знаю, — в этот раз отозвалась Рогнеда, подхватив меня под другую руку и дёргая вверх, пытаясь поднять с кресла, — На вертеле вертел!

Снова расхохотавшись, я дал себя поднять с кресла и увести переодеваться. Надо же, запомнила. А ведь всего один раз эту шуточку отпустил, да и то давно. Интересно, чего они там для меня приготовили?

— Ну, здравствуй… князь Арес, — с паузой, сказал Розволод, давая понять, что признаёт мой статус.

— И ты здравствуй… князь Рогволод, — ухмыльнувшись, ответил ему я, показывая, что его статус мне ниже пояса. И повернув голову к его дружинникам, сказал, — Воины, езжайте в храм, там для вас всё готово. Ночлег, еда, баньку протопили. Князь у меня остановится. Отрок проводит, тут рядом.