Он сказал жене, что улетает в Париж, на этот раз ненадолго. И привезет ей что-нибудь особенное.

Клара встретила его в баре «Криллона». Боже мой, подумал он при виде ее. Она так исхудала, что на осунувшемся лице остались только огромные черные горящие глаза. Такая худая и такая яркая в алом костюме. Он подошел и пожал ей руку.

– Рад вас видеть, миссис Фалькони, – сказал он. – Вы превосходно выглядите. – Он в самом деле так думал: Клара производила особое, неповторимое впечатление необычностью всего облика.

– Садитесь, Майк, – сказала она. – Давайте выпьем. И я теперь не Фалькони, а Сальвиатти. Я ведь все-таки вышла замуж. Едва успела.

– Извините, – сказал он. – Я не подумал. Постараюсь запомнить новую фамилию. Что вам заказать?

– Скотч, – сказала Клара. Она боялась, что он будет выглядеть нелепо, но ошиблась. Правда, она сама выбирала для него деловой костюм. Для Бруно она тоже выбирала одежду. А то он был похож на Ромео из подворотни... Она отбросила воспоминания. Странно, как он незаметно пробирался в ее мысли. Она просыпалась ночами, и ей казалось, что он прикасается к ней. В отличие от Альдо, его тень не обрела покоя.

О'Халлорен вернулся.

– Сейчас принесут.

– Прежде чем говорить о делах агентства, скажите, как наши дела?

Она вела себя прохладно; могла вспылить и тут же снова стать спокойной, почти обаятельной. Никогда не известно, что она сейчас выкинет. Она недолго возилась со своим скотчем. Выпила раньше Майка и сделала знак официанту.

– Повторить, – сказала она. – Майк, а вам?

– Мне то же самое, – сказал он. – Вот, я принес показать вам. – Он открыл портфель и протянул ей папку. – Всего несколько очков в нашу пользу со времени вашей болезни. И несколько имен. Среди них парочка интересных.

Она прочла очень быстро и все поняла. Ее вопросы были по существу. Она повторила одно имя и склонила набок гладко причесанную темную голову. Ее волосы напоминали блестящий шелк. Они были стянуты в тяжелый узел на затылке. Должно быть, очень длинные, если вытащить шпильки. Она улыбнулась, обнаружив имя известного американского сенатора среди клиентов проститутки с очень своеобразными садомазохистскими наклонностями.

– Один из столпов церкви, – согласился О'Халлорен. – Я никогда не доверял этому мерзавцу с его вечным елейным тявканьем.

Клара закрыла папку.

– Надеюсь, родные постараются изъять его имя из списка клиентов этой дамочки. Мы еще ничего не предприняли?

– Я пустил пару пробных шаров. Но все не так просто. Они играют грубо, и у них есть друзья, которые могут играть еще грубее.

– Знаю, – сказала Клара. – Но когда им станет известно, что у нас наготове копии, которые мы разошлем во все газеты в разных штатах, они заткнутся. Ну перехватят одну-две, но ведь не полдюжины. Уж мы постараемся. По последним подсчетам, его папаша стоит около восьмидесяти миллионов долларов.

Напитки были принесены и выпиты, и он сказал:

– Ну что, миссис Фалькони, поговорим о другом деле?

– Сальвиатти, – поправила она. – Если вы не можете запомнить мою дурацкую фамилию, называйте меня просто Кларой.