Заражённых было много. В какой-то момент первые убитые скатились к нижним ступеням, а сверху всё еще продолжали лезть новые. Вся лестница оказалась завалена трупами и ранеными, которые продолжали пытаться дотянуться до меня. В дополнение на разум навалилась тяжесть, послышались какие-то шепотки, гул. Чтобы отогнать наваждение, пришлось до боли прикусить губу, и выстрелить несколько раз из гранатомёта вверх, чтобы накрыть атакующих, ещё не приблизившихся к лестнице.

Через несколько секунд наверху загрохотало. Тех тварей, что только приблизились к спуску, расшвыряло в стороны, кого-то даже кинуло вперёд, так что пришлось вжаться в стену справа, чтобы меня не сбило трупом с ног.

Следующие несколько минут я убивал набегающих тварей, изредка выцеливая подранков, копошащихся на лестнице. В какой-то момент изменённых набралось столько, что они закрыли ступени в два-три слоя, и мне пришлось убрать штурмовой комплекс, сменив его на бластер. Освободившейся левой рукой стал хватать трупы, и швырять за спину — к счастью, усилители бронескафандра позволяли это делать.

Момент, когда твари закончились, я не сразу заметил, продолжая стрелять ещё несколько секунд. А когда отпустил спусковой крючок, вокруг в один миг стало тихо и спокойно. Давление на разум тоже исчезло. Меня даже покачнуло от такой резкой перемены восприятия. Ярость, благодаря которой мне удавалось сопротивляться ментальному воздействию, сама собой растворилась.

Только сейчас, успокоившись, я обнаружил, что нейросеть раз за разом посылает мне сигналы с дронов. И когда только успел поднять второй?

Захлопнув забрало шлема, мысленно разрешил передать мне картинку. И замер. Перед глазами развернулся вид сверху — частично перегороженное огромными камнями русло с черной жижей, два берега, останки моста. Я, стоящий в двух метрах от обрыва, и гора тел передо мной. Но главное, что привлекало внимание — два особо крупных заражённых, медленно двигавшихся ко мне. Их рост превышал два с половиной метра, а внешность лишь отдаленно напоминала человеческую.

Пришло понимание — это очень опасный противник. Возможно я даже не смогу убить их из штурмового комплекса. Но попытаться стоит. Потому что альтернатива у меня одна — прыгать вниз, и попытаться уйти по черной жиже. А мне этого очень не хочется делать.

Убрав бластер, вновь вооружился основным своим оружием. Прикинул, сколько метров осталось мутировавшим заражённым до лестницы, и в голове тут же появился план, как остановить этих здоровяков. Двигались они довольно близко друг от друга, так что может сработать.

Вскинув ствол комплекса вверх, сделал первый выстрел. Капсула с взрывчатым веществом ушла вверх, и по дуге обрушилась в пяти метрах перед наступающими тварями. Видео, транслируемое с дрона, показало, как произошел взрыв, а так же его последствия. Я успел заметить, что фигуры заражённых окутались маревом, и мой выстрел не произвёл на них никакого воздействия. Разве что сбились с шага. Ладно, а так?

Я начал стрелять из подствольного гранатомёта непрерывно, выпуская один заряд за другим с максимальной скоростью, на которую было способно оружие. При этом старался накрыть площадь в несколько десятков квадратных метров. Чтобы гранаты разрывались и спереди, и позади тварей. В какой-то момент частота взрывов стала столь интенсивной, что фигуры заражённых стали совсем не видны. Грохот стоял такой, что заболела голова, а вниз то и дело летели комья земли и камни.

Неожиданно при очередном нажатии на спусковой механизм, я не ощутил привычного толчка в плечо. Неужели расстрелял весь магазин? Точно. Вот уж не ожидал, что мне придётся столько стрелять из гранатомёта.

Камера дрона продолжала транслировать вид сверху. Несколько секунд мне пришлось ждать, чтобы пыль и мусор осели, и только после смог разглядеть результаты своих действий. Есть! Огромные заражённые попросту перестали существовать, их разметало взрывами на мелкие фракции.