Потом они поднялись наверх. Юрий долго, с наслаждением, мылся под душем, плескался напропалую, это не Чукотка, и воду экономить не обязательно.

А Василий стучал в дверь, требуя поторопиться, места в ресторане заказаны, но народу пропасть, и можно остаться при пиковом интересе.

Юрий давно не бывал в ресторанной сутолоке, и шум ошеломил его, неприятно пахло горелым, особенно угнетали колонны, которые почему-то были черного цвета. Но их он заметил, когда Васька усадил его за столик, у самого окна, здесь уже сидели белокурая девушка с синими глазами, их он тоже рассмотрел потом, и плотный парень с рыжей бородкой.

«Геолог», — подумал Юрий, и перестал обращать на соседей внимание, а Васька принялся рассказывать про свою жизнь, про товарищей по училищу, которых недавно видел, и тех, кого они никогда не увидят.

Васька говорил о своей работе, что переучивался на вертолетчика, командует звеном на Колыме, ждет второго ребенка, обязательно сына, дочке четыре года, у него замечательная жена, «прилетай — ахнешь». Это, впрочем не мешало ему цокать языком, оглядывая официантку, и тихонько шептать, что он не пожалел бы для такой крали зарплаты, полученной на съемочных работах.

Юрий с удовольствием съел салат. От рюмки коньяка стало горячо в груди, настроение поднималось.

— Ну, а ты? — спросил Пестунович.

Юрий повертел рюмку в руках и пожал плечами.

— Работаю на «Ан-2». Зам комэска.

— Как семья? — спросил Василий.

— Нет семьи, — сказал Виноградов. — Холостяк я, Вася.

Наверное, сказал довольно громко, и девушка посмотрела на него с любопытством.

— Ну, — недоверчиво протянул Васька. — А вообще, молодец. Свободная птица. Завидую, Юра…

— Погоди, — сказал Виноградов, — завидовать нечему…

«Завидует, — подумал он. — Чудак-человек…»

Он глянул на девушку, которая не смотрела больше на него и говорила со своим спутником.

«Волосы, как у Нины», — подумал Юрий.

— Выпьем, Вася, — сказал он. — Наливай.

Оркестр затянул про угрюмый пароход и мрачные трюмы. Бородач встрепенулся и зашептал на ухо девушке.

— Выпьем, Вася, — сказал Юрий.

— Погоди, — остановил его Василий и повернулся к соседям.

— Давайте вместе. Ведь завтра наш праздник.

Девушка улыбнулась, бородач с готовностью протянул руку к графину.

— Нет, — возразил Василий. — Мы угощаем.

Он звякнул горлышком о рюмку бородача и задержал бутылку у рюмки девушки.

— Можно, — сказала она. — Немного. За ваш праздник.

— Шампанского, — сказал Василий официантке. — И побыстрее.

— Давайте знакомиться. Меня зовут Володя.

— А меня — Римма.

Все выпили и Володя представился, он литератор московский. Едет на Чукотку, думает писать о летчиках, с вами бы полетать, а сейчас хочет послушать, что расскажут они о Севере.

Виноградов пожал плечами.

— Что рассказывать… Сами увидите, — сказал он.

— Только, если напишете о летчиках, дайте кому-нибудь из них прочитать, — сказал Василий.

— Помнишь ту историю? — спросил он Юрия.

— Конечно. Хорошему летчику закрыли дорогу на Север, — сказал Виноградов.

— Расскажите, — сказала Римма.

— А вы тоже пишете? — спросил Юрий.