|
Судя по этим жестам, он сомневался. — Поверьте, наша миссия исключительно алхимическая, исследовательская! — принялся убеждать Фриолар. — Нам только покопать! — поддержала товарища Напа. — Узнать, что Золотой Город есть! — воскликнула Далия. — Посмотреть одним глазком! — Зафиксировать для потомков… — Занести в реестр… — Составить описание и включить в перечень подлежащих охране достопримечательностей… — Просто знать, на какие чудеса были способны вы, наши предки! — … и взглянуть на сокровища!.. — Золотой Город — это вообще реальность или метафора? — Интервью с Тиглатпалассаров не затмит ваш, государь Эпхацантон, вклад в гиджепентологию!.. — Поверьте… — Нам одним глазком… — Золотой Город… — Сокровища… — Взглянуть… — И удивиться! Эпхацантон покрутил в забинтованных руках тяжелый золотой скипетр. — Так я не понял, — наконец, проговорил он, — вы хотите увидеть сокровище Тиглатпалассара, или его Золотой Город? Ответ потребовал от алхимиков вдумчивого, глубокомысленного размышления. Хрумп осторожно выглянул из-за угла. Так, они еще живы. Алхимичка в пропыленной черно-оранжевой накидке, ее парень в потрепанной куртке, с цветным платком на шее и совершенно дурацким мечом за спиной, упертая гномка… И золото. Очень, очень много золота. Больше, чем когда-либо представлял себе Хрумп в самых счастливых снах. К золоту прилагались — страшная высохшая нежить, замотанная в тряпки, дурная старушенция в песьей патлатой шубе, тяжелые бронзовые пики, удерживаемые руками разнообразных статуй… Одни статуи были совершенно человеческие, другие — огромные, как тролли, третьи — с головами разнообразного зверья — и все они, как один, следили за Хрумпом… Вор испуганно отшатнулся в темноту подземелья и облизал пересохшие губы. Вот демоны рогатые… Почудится же такое! Из гробницы, в которой мэтресса Далия и иже с ней общались с древним мертвяком, падал неверный, слабый свет. Как выяснил Хрумп, источником его были магические кристаллы путешественников да полдесятка волшебных сфер, закрепленных в стенах подземной камеры. Сам же пелаверинец был вынужден оставаться в темноте — жуткой, пугающей, хрустящей… Хрумп еле сдержал панический вопль; наклонился, попробовал на ощупь определить, что же такое хрустит под его ногами. Кости…древние, сухие что твоя пустыня… На скелете обнаружились полусгнившие остатки одежды, кожаная сумка, мгновенно развалившаяся от прикосновения. — Ого! — тихонько присвистнул от восторга Хрумп, когда обыск увенчался обнаружением огнива и фляжки. — Спасибо, что выручил, приятель! Он резво открутил крышечку, запрокинул фляжку… и едва не вытряс себя в пересохшую глотку горсть дохлых пауков. — Вот демоны, — снова выругался пелаверинец. К счету, который он собирался предъявить ушлой мэтрессе, добавился еще один пункт. Ладно, Фломмер столкнул его в колодец (хотя бы от взбесившихся големов спас!), ладно, он чуть не отшиб себе все на свете, рухнув с высоты, ладно, он уподобился летучей мыши и вынужден приспосабливаться к темноте и прятаться от ненормальных охранников… В конце концов всё вышеперечисленное было неотъемлемой части профессии вора, и Хрумп уже привык. Но терпеть жажду он не собирался. — Ты у меня дождешься… — пообещал Хрумп Далии. Правда, их разделяло несколько десятков локтей расстояния, спутники, опять же, стражи… Плевать! Хрумп тоже человек, и у него имелось чувство собственного достоинства. |
