– Глухой ночью?

– А вы бы на месте Алексея Кулака заявились в полдень в офис шерифа?

– Он подозреваемый? – осведомился Дуган.

– Нет.

– Почему нет?

– Если Алексей Кулак кого-то порешит, то пойдет навернуть борща, или что там за чертовщину едят русские, – пояснил Лэндри. – Он не явится в морг, чтобы посмотреть на тело. Не упадет на колени, не зайдется рыданиями и обещаниями мести.

– Вайс сообщил мне, что труп девушки обнаружила Елена Эстес.

– Ага, и что?

– Ты не счел нужным мне об этом доложить?

– Все изложено в моем рапорте.

– Который я пока не видел.

– Я был немного занят, – огрызнулся Лэндри. – Кроме того, особой роли это не играет. Она занималась своим делами и случайно наткнулась на труп.

– И жертва работала там же, где живет Эстес, – наседал Дуган.

Дуган потер лицо руками и застонал.

– Все верно. Елена Эстес – дочь Эдварда Эстеса.

– Ага.

– Мне нужен ибупрофен.

– С таким же успехом можно выпить, – посоветовал Лэндри, и как раз в этот момент зазвонил его телефон.

– Она копается в этом деле? – спросил Дуган. – Только этого мне не хватало. Особенно из-за ее отца. Как ни крути, его задницу заденет.

Лэндри проверил, кто звонит. Елена.

– Рекомендую водку, – бросил Лэндри, пятясь к двери. – Она со всем справится.

Глава 37

– Лэндри.

Он ответил после третьего гудка. Я предпочла бы пообщаться с голосовой почтой.

– Если вечеринку перенесли из «Игроков» в дом Уокера, то каждый, направлявшийся туда автомобиль должен остаться на пленке в будках охраны, что стоят на въездах в поло-клуб, – сообщила я без всяких предисловий. Мне было не до светских условностей.

– Но мы не знаем, куда ее перенесли, – ответил Лэндри. – Управление поло-клуба ратует за неприкосновенность частной жизни. Они не будут сотрудничать без ордера.

– Вот черт!

– Мы над этим работаем, – заверил он, – и получим запись. Я сожалею о вчерашнем вечере.

Мне потребовалось полминуты, чтобы переварить услышанное.

– Я пересек черту, – продолжал Лэндри. – Неважно почему.

– Да, – тихо ответила я. – Неважно.

И повесила трубку. Не из злости, а потому что продолжать этот разговор не было никакого смысла. Перезвонить Лэндри не пытался.

Я отправилась на конюшни «Звезды поло», чтобы разыскать Лизбет.

– Она не работает, – ответил мне по-испански один из конюхов. – Сегодня ее никто не видел.

– Она куда-то ушла? – спросила я.

Он пожал плечами.

– А машины ее нет?

– Нет. Машина здесь. – Работник указал на стоявший в конце конюшни маленький красный спортивный «сатурн» с откидным верхом.

Я поблагодарила его и отошла, чтобы взглянуть на автомобиль Лизбет. Куда она могла отправиться без машины? Идти на своих двоих до города, все равно, что в поход собраться. Вряд ли кто-то решится пойти пешком в такую даль.

Прошлой ночью у нее выдалось жаркое свидание? Она спала с Беннетом или одним из его приятелей? Сомневаюсь. Общаясь с этими людьми, Лизбет завязла по самую макушку, и прекрасно это понимала. Подозреваю, что после исчезновения Ирины она не знала, как дальше себя вести, и как перестать быть одной из девушек, что путались с этой компанией.