— Да, я сейчас бы отдохнул где-нибудь под Коктебелем, — потянулся Боровков. — Да и на Ялту согласился бы. Конец апреля! Красота! Вода, правда, еще холодная…

— А я и здесь уже купался, — басом проговорил долговязый лейтенант Гаврилов, специализирующийся на автомобильных кражах.

— И кто же тебя искупал? — засмеялся Логачев. — Твои малолетки-автолюбители?

— Он в Неве купался, — подхватил Боровков. — А ледокол впереди него плыл, льдины разгребал. Я сам видел.

— Да ну вас… — неразговорчивый Гаврилов обиделся, что над ним смеются в присутствии дамы, да еще известной телеведущей.

— Не обижайся, — улыбнулся ему Мелешко. — Это они из зависти. Сами плавают, как топоры. Ни ледокол, ни спасательная шлюпка не помогут. Ладно, господа офицеры, если вопросов животрепещущих нет, я вас больше не задерживаю.

— Как это нет вопросов? — удивленно поднял брови капитан Логачев. — У меня вопрос. Дело о покушении на дочку Султанова главк у нас забирает?

— С какой стати? — ухмыльнулся Андрей. — Преступление совершено на нашей земле. Откуда, Миша, такие вопросы странные?

— Султанов — человек не рядовой, — пробормотал Логачев. — Такими не нам заниматься положено.

— Кем это положено? — возмутился Мелешко. — Он — генерал, что ли? Если каждым толстым лопатником будет главк заниматься, то… глядишь, там и работать научились бы…

— Андрей, — сказал Логачев, — мне далее касаться этого дела страшно. Буквально — я папку открывать боюсь.

— Бояться я тебе запретить не могу, — ухмыльнулся Мелешко. — Но от дела отстранить из-за твоей боязни тоже не могу, извини.

— Попала псина в колесо… — тихо проворчал Логачев.

— Вот именно, — подытожил разговор Андрей. — Все свободны. В смысле — работать, работать и еще раз работать! Если у кого есть персональные вопросы, прошу остаться.

Капитан Душин надул щеки и заявил:

— Я остаюсь.

Остальные потянулись к выходу.

Глава 4

СТАРЫЕ ЗНАКОМЫЕ

Впервые их пути пересеклись тридцать лет назад, когда подпольный бизнесмен Семен Султанов, известный в определенных кругах под кличкой Сеня-Султан, проходил по громкому уголовному делу, которое вел молодой, еще не женатый капитан Барсуков. Расследование было проведено блестяще, но по независящим от Барсукова причинам в суде дело развалилось. Прямо из зала суда Султанов отправился в «Метрополь» — на банкет, заранее заказанный друзьями по нелегальному бизнесу. Проходя мимо стоявшего в коридоре Барсукова, Сеня-Султан, только что ускользнувший от карающего меча Фемиды, имел наглость позвать его с собой на банкет.

— Мы встретимся в другом месте, — сказал тогда сквозь зубы Николай Трофимович.

С тех пор много воды утекло… Страна менялась. У каждого из них был свой путь.

За эти годы Барсуков успел побывать в опале; были, наверное, свои сложности и у Султанова…

Но почему-то Николай Трофимович ничуть не удивился, когда несколько лет назад бывший подследственный позвонил ему и попросил помочь.

Ничего незаконного в просьбе не было, и Барсуков, непримиримый по отношению к преступникам всех мастей, ее выполнил.