|
Что за радость убивать человека, который об этом не подозревает? Нет, нажимая на курок, я хотела бы смотреть ему в глаза! - Этот аргумент немногим лучше заявления, что тебе, дескать, неохота было убивать его в такую жару. - Я вообще не собираюсь оправдываться, - возмутилась Дэви. - Я даю слово, что не убивала его! - Она быстро перекрестилась. - Ни его, ни кого-нибудь другого, хотя - видит бог! - мне ужасно хотелось это сделать. Хэммонд был рад слышать, что она отрицает свою вину с такой искренней горячностью, но Дэви все испортила, добавив: - ..Эти тюремные робы - они такие ужасные! Закрыв глаза, Дэви откинулась на спину, чувствуя во всем теле приятное тепло после массажа и последовавшего секса с Сандро - секса, который не требовал с ее стороны никаких усилий. Она просто лежала, позволяя ему проделывать с собой разные приятные вещи, которые разрешились бурным и продолжительным оргазмом. Сандро все еще был возбужден, но Дэви больше не обращала на него внимания. Поудобнее устроившись на подушке, она собиралась задремать, когда Сандро неожиданно пошевелился. - Странно... - пробормотал он. - Что? - Дэви приоткрыла один глаз. - Твой друг все ходил вокруг да около, но ни разу не спросил прямо, убила ты своего мужа или нет. Приподнявшись на локте, Дэви посмотрела на него. - Что ты хочешь этим сказать? Сандро пожал плечами: - Он твой друг. Может быть, ему просто не хочется знать ответ на этот вопрос. Дэви долго молчала. Потом, глядя в пространство, она невольно высказала вслух то, о чем думала: - Или, может быть, он уверен в том, что я этого не делала. Глава 11 Отъезжая от особняка Петтиджонов, Хэммонд думал о том, что не хотел бы ни видеть Дэви в суде, ни подвергать ее перекрестному допросу. И для этого у него были причины. Во-первых, они были близкими друзьями. Дэви ему искренне нравилась, и, хотя ее вряд ли можно было назвать столпом добредете ли, она никогда не притворялась и не старалась казаться лучше, чем была. Множество женщин сплетничали и злословили по ее адресу, хотя сами вели себя нисколько не лучше. Вся разница заключалась в том, то они грешили потихоньку, втайне, Дэви же, казалось, специально выставляла свои проделки напоказ. Ее выходки, заставлявшие общественное мнение бурлить от возмущения, были сознательным эпатажем. Истина же заключалась в том, что никто или почти никто из критиков и судей не догадывался о том, какова Дэви на самом деле. Хорошие же стороны своей натуры Дэви тщательно скрывала. |
