– Теперь, если и захочешь, ты меня не найдешь. Лучше остаться без защиты и снова нарваться на оберона, чем выслушивать вашу ругань.

– Какой оберон?! Да это чудовище в сотни раз опаснее! – возопил Рум, которого я столь же решительно стряхнула с ладоней. – Что же ты делаешь?!

– Желаю, чтобы ты остался с ним и решил эти вопросы, как мужчина с мужчиной.

– Как ты могла отдать ему свой риал?!

Я покосилась на обалдевшего скорра, озадаченно вертящего головой и пытающегося понять, отчего у него все еще не замерзли усы. Краем глаза отметила, как вытянулись лица у эльфов, удивленно взлетели брови у Леха, и пожала плечами.

– Время вам даю до утра. Если не найдете общий язык, считайте, что я умерла.

Потом убедилась, что призрак никуда не собирается исчезать, удовлетворенно кивнула и отправилась наверх, отдыхать, подальше от этих смутьянов и их вечного спора слепого с глухим. Пусть теперь сами решают, как им быть и на каком уровне искать компромисс. Если сумеют, слава Двуединому. Если же нет…

– Трис, ты действительно решила уйти? – беспокойно придвинулся ко мне Беллри, едва я добралась до площадки.

– Что мне еще остается?

– А…

– А про вас я ничего не говорила, – поспешила я успокоить эльфов. – Надеюсь, в случае чего вы сможете спрятать следы так, чтобы даже Ширра не учуял?

Беллри нервно дернулся.

– Не знаю. Постараемся.

– Вот и славно, – я незаметно глянула вниз и, поняв, что мои слова достигли цели, с облегченным вздохом забралась на самую верхотуру. Туда, откуда не так давно столь изящно спрыгнул Ширра. Тогда как они с Румом мрачно уставились друг на друга. Постояли, подумали. А потом разошлись в разные стороны.

Ну, Двуединый им судья. А я своего решения не изменю.

Ночь прошла удивительно спокойно. Никто не зудел у меня над ухом. Не сопел и не фыркал, пытаясь привлечь внимание. Патрульные, вняв молчаливому предупреждению, устроились в шалаше, позволив мне коротать темное время суток в гордом одиночестве. Благо дождя не предвиделось, луна не выглядывала, да и комары, как ни странно, облетали меня стороной.

Может, поэтому, а может, почему еще, но проспала я благополучно до самого утра. И лишь когда яркий солнечный лучик настойчиво пощекотал ресницы, соизволила открыть глаза. Но довольно быстро поняла, что еще слишком рано, и с сомнением глянула вниз. Что ж делать? Куковать тут, дожидаясь, пока остальной народ очнется? Завтракать воздухом и умываться росой с ближайших листьев? Что ж, это не самое страшное. Но вот где я сыщу подходящие кустики?!

Поколебавшись, я все-таки не стала никого будить и спустилась тем же незамысловатым способом, каким воспользовался Ширра: просто спрыгнула вниз. При моих способностях это несложно, тем более что я такие фокусы уже не раз проделывала. Особенно в те неудачные ночи, когда по пятам неслась погоня в лице ограбленного мною хозяина, оскорбленной в лучших чувствах хозяйки, дворни, псарни и даже парочки громил с устрашающими саблями в руках. Иногда в этот милый тандем входили арбалеты, и вот тогда мне становилось совсем весело. Хорошо хоть, такие ситуации случались нечасто, иначе на одном из поворотов меня вполне могли зацепить, и тогда – прощай, рыжая Ведьма.

Впрочем, зачем ворошить прошлое?

Я мягко приземлилась и, убедившись, что никого не потревожила, бесстрашно углубилась в девственно чистый лес. Довольно быстро отыскав холодный ручеек, я с удовольствием в нем поплескалась, отмылась, расчесала отросшие волосы и, вдоволь набрызгавшись, выбралась на берег.

И вот там-то меня поджидал сюрприз. Вернее, целых два сюрприза, сидящих в виноватых позах и сконфуженно отводящих глаза.

– Та-ак, – протянула я, поспешно одергивая рубаху.