— Есть еще кто-то с горной болезнью? — насторожился я.

— Есть, — после паузы ответил Юрий Карпович. — Но не спрашивай кто, я не знаю. Потом тебе список дам, если интересно. Там не много.

«Но там могут быть мои друзья», — подумал я.

— Всякое на высоте может быть, — как-то странно произнес делегат, и я вдруг догадался, что он имеет ввиду.

О нашем восхождении будут давать информацию в газеты, радио, телевидение. Все практически в прямом эфире, новости будут выдавать как горячие пирожки — чтобы о достижения советского спорта узнавали сразу во всех уголках мирах. И наверняка будет сказано команда из скольких человек вышла на старт.

А если по пути на гору кто-то сорвется или погибнет, то его тут же заменит резервный человек… И никто посторонний об этом не узнает. В новостях будут продолжать вдохновенно сообщать, что все идет по плану.

Мне стало не по себе.

— Все будет в порядке, — успокоил меня Юрий Карпович. — Запасная группа нужна на всякий случай, по протоколу. Вон, у Юрия Гагарина был же резервный человек — Герман Титов. Вот так и у нас. А что, горы — так это покруче космоса будет.

Юрий Карпович даже расправил плечи от собственной проникновенной речи.

— Но это еще не все. Помимо резерва за вами будет идти с отставанием в один день еще и группа опытных альпинистов. Я думал туда и Молодова отправить, но сам понимаешь. Ему сейчас лечиться нужно, Крюкин Константин крепко его приложил.

Юрий Карпович прищурился. Уточнил:

— Так ты точно уверен, что у них с тренером не было конфликта?

— Уверен, — с нажимом ответил я. — Горная болезнь может сопровождаться изменением психики и…

— Хорошо-хорошо, — поспешно перебил меня делегат. — Я просто еще раз уточнить, потому что такое щепетильное дело. В общем, сам понимаешь. Так вот. Эта группа опытных альпинистов в возрастное ограничение не проходят, там люди все за сорок, у которых почти все семитысячники за плечами хожены не раз. Они будут отслеживать ваш подъем и в случае чего корректировать по рации. Это тоже, как ты понимаешь, для вашей безопасности. Только после их согласования можно будет изменять маршрут или отклоняться от курса.

— Не получится ли у нас слишком громоздкая бюрократическая машина? — улыбнулся я.

Но вот Юрия Карповича мои слова не развеселили. Напротив, он стал вдруг максимально серьезным.

— Это уже принято решение, к обсуждению не принимается, — жестко ответил он и я пожалел, что вообще об этом заикнулся. — Нужно будет строго исполнять приказы. И кто ослушается установленного регламента, будет привлечен… В общем, ничего хорошего пусть не ждет.

Юрий Карпович недвусмысленно поглядел на меня, и мне стало не по себе.

Вот тебе и организация процесса. Совершай подвиг, но в случае чего — по шапке получишь и отхватишь больше, чем унесешь.

— А список тех, кто прошел в состав групп можно будет посмотреть?

— Ух, какой скорый! — рассмеялся Юрий Карпович. — Не спеши, всему свое время.