|
В стенах виднелись отверстия многочисленных пещер, посреди котловины стоял грубо сработанный, выщербленный временем одноглазый идол. Во лбу идола сиял Красный камень.
Каморра открыл глаза и глубоко вздохнул, расслабляясь. Скампада не подвел — камень действительно был в указанном месте. И здесь удача сопутствовала планам мага. Оставалась еще одна, требующая большого расхода сил задача — установить магическую связь между посланцем и Красным камнем.
Каморра собрался с силами, восстанавливая в памяти слова редкого и сложного заклинания, и жестом указал Боваррану место.
— Встань здесь и слушай внимательно, — сказал ему маг. — Завтра до восхода солнца ты отправишься в путь. Если ты попадешься мне на глаза, когда я проснусь, пеняй на себя.
Полууттак не мигая смотрел на Каморру.
— Твой путь будет лежать на север, на остров Керн, — продолжил Каморра. — Пойдешь мимо Бетлинка, потом вниз по Руне. Коня оставишь в Бетлинке — вдоль реки нельзя проехать верхом. На северном берегу достанешь лодку. Мне все равно, как ты это сделаешь, но помни — чем быстрее ты вернешься, тем больше будет награда.
— С чем вернусь, хозяин? — спросил Боварран.
— У подножия огнедышащей горы ты найдешь идола. Вместо глаза у него Красный камень. Мне нужен этот камень целым и невредимым. Если ты утаишь его или разобьешь — ты от меня и на дне океана не скроешься.
— Я буду очень стараться.
— Постарайся. Сейчас я наложу на тебя заклинание, и ты будешь чувствовать, где находится камень. Это поможет тебе отыскать его. Закрой глаза и не шевелись.
Каморра дал кусок карты в руки Боваррану, чтобы лучше видеть местоположение камня во время заклинания. Как и в предыдущий раз, маг сосредоточил внимание на шаре, затем на клочке карты, закрыл глаза и дождался появления видения. Вскоре он четко различил камень во лбу идола и начал произносить первые строки заклинания.
— Пусть тот, кто меня слышит, слышит только меня. Пусть тот, кто меня слышит, видит только то, что я вижу… — маг выговаривал заклинание четко и громко, стараясь не пропустить ни слова. Он ни разу не запнулся при перечислении условий возникновения связи и ее свойств, и, наконец, договорил последние строки: —…пусть протянется связь между тем, кто меня слышит, и тем, что я вижу. Пусть будет так!
Маг ощутил, как энергия алтаря полыхнула на мгновение и опала. Заклинание сработало. Боварран стоял неподвижно, не смея открыть глаза.
— Посмотри на меня, — потребовал Каморра. — Что ты чувствуешь?
— Не знаю, — пробормотал полууттак.
Каморра раздраженно поморщился.
— Покажи мне, где находится то, что ты должен найти. Быстро!
Боварран вздрогнул и после некоторой заминки показал:
— Там?!
Палец полуутака, действительно, указывал на север. Вдруг поблизости раздался посторонний звук, произведенный каким-то живым существом.
— Что это?! — встревоженно спросил Каморра.
— Крыса?
— Крысы не чихают, — маг оглядывался по сторонам, больше всего опасаясь, что кто-то из черных жрецов подслушал его. — Ну, я сейчас ему устрою…
Шум произвел не жрец, а всего-навсего Витри, прятавшийся под полом рядом с местом, где стояли Боварран и Каморра. Он поневоле слышал все, что маг говорил своему спутнику. Смысл разговора остался непонятен лоанцу, не знавшему ни о каких камнях. Кто и с кем разговаривал, тоже было неясно. Единственное, что понял Витри — один человек посылал другого за каким-то камнем.
Первые слова заклинания — «тот, кто меня слышит» — произнесенные таким сильным магом, как Каморра, подействовали на Витри точно так же, как и на Боваррана. |