|
Ловушек я не ожидал, но на всякий случай обосновался в отдалении от магазинчика, на полпути к своей башне. Купил бутылку пива и тихонечко распивал ее, прохаживаясь по дорожке. Человек в ожидании поезда пьет пиво, что может быть безобиднее… Котя не подвел и приехал вовремя. Вылез из такси, воинственно поправил очки и стал озираться. Несколько минут я изучал окрестности, но никакой группы захвата не заметил. Да кому я нужен… – Котя! – окликнул я бывшего друга, подходя ближе. Котя подпрыгнул на месте и уставился на меня с таким мучительным желанием узнать, что даже стало неловко. – Я это, – сгружая пустую бутылку в урну, сообщил я Коте. – Кирилл Максимов. Твой старый… э… приятель. – Не узнал, – печально сказал Котя. Достал из кармана мятые листки распечатанные на принтере. Внимательно пробежался глазами. Вздохнул и протянул мне. – Все сходится… Оказывается, Котя не ограничился одной записью. Вчера, пока мы собирались к Мельникову, он набил еще несколько строчек: «Сейчас пойдем в гости к Мельникову. Он фантаст, вдруг чего посоветует? На всякий случай, если снова все забуду: моего незадачливого друга зовут Кирилл Максимов. Ему двадцать шесть лет. Он работает менеджером в каком то компьютерном салоне. Чуть выше среднего роста, обычного телосложения, намечается небольшое пузо…» – Чего? Какое пузо? – возмутился я. – У меня совершенно нормальный вес! – Вес нормальный, а работа сидячая, – парировал Котя. «…пузо, лицо овальное, пухлые щеки…» – Тебя послушать, так я весь жиром заплыл… – мрачно сказал я. – Я вешу восемьдесят кило. Совершенно нормально для моего роста. «…щеки, глаза карие, волосы темно каштановые, нос правильной формы, уши с четко выраженными мочками». – Котя, ты в милиции не работал? – спросил я. – Словесные портреты не составлял? Котя ухмыльнулся. «В целом лицо добродушное и привлекательное. Говорит быстро, голос чуть глуховат, в разговоре старается острить и подкалывать собеседника. Если я вернусь домой один и забуду про Максимова, то прочитав эту запись вспомню о случившемся. Что то странное происходит с Кириллом и мне очень не нравится, что я в это впутался». Дальше шли чистые полстраницы – и еще несколько строчек из рассказа, в который Котя и впечатал записку самому себе: « – Вот таким макаром! – шутливо закончил Семен Макарович, вытирая пот со лба. – Это называется тантрическая йога и придумали ее тысячи лет назад древнегреческие гетеры. – Спасибо огромное! – воскликнула Юля и зарделась». Я посмотрел на Котю и покрутил пальцем у виска: – Какие еще гетеры? – Древнегреческие! – Котя забрал листки. – Работа у меня такая… – Знаю я твою работу. – Что вчера у Мельникова случилось? – спросил Котя. – А ты ему не звонил? – поинтересовался я. – Сам то что помнишь? – Звонил, – ответил Котя с достоинством. |
