— Несомненно, сэр, — согласилась она. Темная, светлая, какая разница? Работало бы, и ладно…

— А что это было, сэр? — поинтересовался практичный Нотт, когда тот закончил. — И что именно вы изменили?

— В сущности, ничего серьезного я не сделал, иначе здесь уже был бы Дамблдор с развевающейся бородой вместо боевого штандарта. По очереди коснитесь дверной ручки… Да, вот так, прекрасно. Теперь слушайте: войти сюда по-прежнему можете только вы десятеро. Даже Северус, — тут Малфой снова усмехнулся, — сделать этого не сумеет, если вы ему не позволите. Но вы можете провести сюда кого угодно, взяв его за руку, это ясно?

— Сэр, а если к нам еще кто-то примкнет? — спросил Забини. — Как мы сможем внести его в… м-м-м…

— Список доступа, — подсказала Аддерли.

— Вы введете его сюда, а затем ему тоже нужно будет коснуться дверной ручки, причем поверх должен будет положить руку каждый из вас. Если кто-то окажется против, это не сработает.

— Мы так не столпимся, — фыркнул Томас.

— Можно по очереди, — усмехнулся Малфой-старший.

— Сэр, а если кто-то решит нас покинуть, — допытывался Забини, — тогда что? Рассказать он не расскажет, клятва есть клятва, но доступ у него останется, так ведь?

— Проделаете все то же самое, что и с принятием в компанию, — ответил тот. — И опять же, решение должно быть единогласным, а желание покинуть вашу компанию — искренним.

— Надо же, как интересно… — мечтательно проговорил Нотт.

Драко с обожанием посмотрел на отца.

— Ну а теперь мне пора, — сказал тот. — Я и так слишком задержался, кто-то может заподозрить неладное…

— Мы проводим, сэр!

На лестничной площадке им повстречался профессор Люпин, замерший в напряженной позе и к чему-то словно принюхивавшийся, почти как Блэк недавно. Завидев Малфоя-старшего в окружении толпы младшекурсников, с которыми тот благосклонно беседовал, Люпин вздрогнул, потом снова потянул носом и недоуменно нахмурился.

Люциус покосился на него, подумал, потом все же решился, отозвал Драко в сторону и, наклонившись к его уху, очень тихо заговорил о чем-то.

Как могла видеть Аддерли, от сказанного глаза Малфоя-младшего делались все круглее и круглее, он отстранился, посмотрел отцу в лицо, убедился, что тот и не думает шутить, и несколько раз кивнул. Малфой-старший обнял сына на прощанье, кивнул остальным и удалился.

— Что это он тебе такое сказал, что ты вытаращился, как сова из дупла? — любопытно спросил Финниган.

— Ой, — ответил тот. — В Берлоге расскажу! Пошли скорее!

— Давай, давай, выкладывай, — затормошил его Томас, стоило двери закрыться за ними. — Чего там?

— Профессор Люпин — оборотень! — выдал Малфой.

Воцарилась тишина.

— Да ладно… — пробормотал Лонгботтом.

— Папа точно знает. От профессора Снейпа. Тот для Люпина зелье варит, чтоб тот по полнолуниям на людей не бросался. Он сказал, если приглядеться, легко заметить, тот регулярно заболевает, и занятий по защите нет… — Драко выдохнул. — Это как раз Снейп и вычислил, давно еще. Они на одном курсе учились, он, Люпин, Блэк, Поттер и Петтигрю. Последние четверо — гриффиндорцы, ясное дело, вечно Снейпа изводили. Ну и дошутились как-то, Люпин его чуть не покусал… Папа сказал, — добавил Малфой, — что Снейп ему это по большой пьяни выложил, так что тс-с-с! Вот.