– Не мешало бы пригласить декоратора, Стоунбрейкер, – сказал Лукас, когда за ними закрылась дверь кабинета. – Что то у тебя мрачновато.

– Подумаю над твоим советом, Трент, – из глубины массивного кресла, повернутого к камину, донесся голос, напоминавший своим звучанием мрачные, погруженные во мрак залы особняка. – Что привело тебя ко мне?

– Дело.

– Естественно. – Во вздохе детектива чувствовалась душевная усталость.

– У моего друга, Амариллис, есть для тебя небольшое дело, если тебя это заинтересует. – Лукас подошел к столику и взял в руки графинчик, наполненный прозрачной сверкающей жидкостью. – Возможно, оно развлечет тебя и избавит от скуки.

– Что у вас за дело?

– Я хочу, чтобы вы отыскали пропавшую папку, мистер Стоунбрейкер, – откашлявшись, сказала Амариллис.

– А вы уверены, что она действительно исчезла? – осведомился детектив.

– Конечно, уверена, – недовольно поморщившись, ответила Амариллис. – Иначе я бы сюда не пришла. Содержимое папки имеет отношение к расследованию гибели одного прекрасного человека. Я как раз этим занимаюсь.

Некоторое время из кресла не доносилось ни звука.

– По опыту могу сказать: как правило, в ходе таких расследований открывается много неприглядных фактов из жизни жертвы.

– Так вас заинтересовало мое предложение или нет? – резко проговорила Амариллис.

– Расскажите, в чем суть дела, – наконец решился Стоунбрейкер.

Амариллис постаралась быть по возможности краткой. Ей хватило нескольких минут. За это время Лукас успел налить себе из графинчика и теперь потягивал прозрачный напиток, уютно устроившись у пристенного столика.

Наконец Амариллис закончила рассказ и приготовилась к отказу, но, к ее удивлению, Стоунбрейкер согласился.

– Я займусь вашим делом.

Амариллис вопросительно взглянула на Лукаса, тот пожал плечами и поставил бокал на стол.

– Ты нашла детектива, – сказал Трент, – давай предоставим ему возможность приступить к работе.

Амариллис без колебаний последовала за Лукасом, опасливо покосившись на кресло у камина.

Спустя несколько минут они уже были за воротами, и Амариллис с облегчением вздохнула.

– Ты сказал, что он немного чудаковат, а мне кажется, он с большими странностями. Стоунбрейкер непростая личность.

– Это верно, его непросто понять.

– Знаешь, Лукас, он мне не понравился, не внушает доверия, сомневаюсь, что ему удастся найти папку. С ним мы только потеряем время.

– Ты говоришь так, потому что настроена против него, – заметил Лукас, отпирая дверцу машины.

– А кто, скажи мне, с одобрением воспримет человека, принимающего посетителей ночью, не имеющего четких принципов профессиональной этики и даже не пользующегося современной системой освещения? – выпалила Амариллис, усаживаясь на переднее сиденье рядом с Трентом. – Я даже не могла рассмотреть его как следует. В этом доме единственный свет от камина и пары свечей.

– Стоунбрейкер прекрасно видит в темноте. – Лукас положил руки на руль. – Это очень пригодилось на островах, когда мы вылавливали пиратов.

– Мне следовало догадаться, – простонала Амариллис. – Это еще один знакомый по кампании против пиратов, правда?

– Да. – Лукас включил зажигание. – Возможно, он и со странностями, но если кто и может найти для тебя эту папку, так это он.

– Все твои друзья – экстраординарные таланты? – зябко передернула плечами Амариллис.

А почему ты решила, что Стоунбрейкер талант? – спросил Лукас, как то странно взглянув на Амариллис.

– Я ощутила в нем силу.