– Чудесно. – Лукас вошел в нее, одновременно направляя через кристалл сияющие энергетические волны.

Он не старался концентрировать талант, и волны света, ниспадая причудливым водопадом, сливались в бурлящее озеро.

Все чувства ее смешались, как сияющие энергетические лучи, и возникло всеобъемлющее чувство единения.

Да, он был тем единственным мужчиной, которого она ждала.

Талант и концентратор, объединенные способностью воспринять силу друг друга и разделить радость совместного владения этой силой.

Амариллис хотелось закричать от восторга, но она с трудом могла перевести дыхание. Необыкновенный фонтан света и энергии ласкал ее своими радужными струями. Она находилась в состоянии радостного возбуждения, ей хотелось смеяться от счастья.

Боль чувствовалась смутно, смешавшись с другими ощущениями, она потеряла остроту и стала едва различимой.

– Невероятно, – шепнул ей в ухо Лукас. Тело его ритмично задвигалось, одновременно он прикоснулся к маленькому узлу нервных окончаний у нее между ногами.

От огромного наслаждения у Амариллис перехватило дыхание, она почувствовала томительное напряжение.

– Держи меня, – он глубоко вошел в нее, – не отпускай. – Он вышел и снова вошел в ее тело.

– Никогда не отпущу. – Она тесно прижалась к нему.

Неукротимая сила рванулась через кристалл. Это было уже выше ее сил. Напряжение в теле неожиданно ослабело, и она с головой окунулась в кипящий водоворот ощущений. Изображение кристалла стало дробиться, и фокусная связь распалась, но теперь это не имело значения. Она продолжала купаться в волнах наслаждения.

Амариллис смутно чувствовала, как Лукас снова вошел в нее, напрягся, затем в изнеможении опустился на нее с возгласом ликующего торжества.

– У тебя так было когда нибудь? – через некоторое время спросила Амариллис.

– Никогда. – Он взял в ладони ее лицо и заглянул в бездонную глубину глаз. – Я знал, что причиняю тебе боль. Я подумал, что боль притупится, если ты отвлечешься, сосредоточившись на фокусе.

– Ты очень умно придумал.

– Если учесть, что в тот момент я и сам был в растерянности, то с моей стороны это было чудом сообразительности.

Она не приняла его шутки и продолжала пристально всматриваться в него.

– Лукас, что ты чувствовал во время фокусной связи?

– Мне было очень хорошо, – ответил он, – и сейчас хорошо тоже.

– Но между нами происходило что то необычное.

– Возможно, в этом есть отклонение от нормы, но если нам от этого хорошо, к чему беспокоиться.

– Но, Лукас…

Он прикрыл ей рот рукой. Ему совсем не хотелось, чтобы она занялась выяснением причин их взаимного влечения.

– Мы знаем, что сильные таланты и концентраторы, как правило, не испытывают взаимной симпатии. Но когда подобное происходит, сексуальное влечение проявляется и во время фокусирования. Разве это так странно?

– Да, – ответила она.

– Должен признать, нам это не мешало.

– Почти не проводились исследования парапсихологических пар, испытывавших друг к другу физическое влечение, – заметила Амариллис.

– Наверное, потому, что такое происходит очень редко. Не знаю, как тебе, а мне лабораторные опыты ни к чему, а вот если ты хочешь вести свои собственные исследования, я не против. – Он погрузил пальцы в ее волосы, притянул к себе и поцеловал.

Амариллис охотно ответила на поцелуй, и Лукас ощутил тепло и нежность ее губ. Он чувствовал на ней свой запах, и глубокое удовлетворение разлилось по его телу. Но когда она подняла голову, в глазах ее стояла тревога.