-  А это вы зря, Сигизмунд Борисович, - строго сказал Федор. Потом подумал и добавил: - Я насчет вашей проблемки-то узнаю, не беспокойтесь. Только я так вот думаю: тут в комплексе рассматривать надо. Как при страховании. Чтобы уж совсем от наездов, от пожаров, от инфляции… У шурина один был друг, вместе служили, он потом на воздушных шариках состояние сколотил - так он в «черный четверг», когда доллар-то скакнул, застрелился. Натурально. В такой грех ввели.

    Сигизмунд вдруг ощутил зависть. Не дано ему было так вот сразу, легко и истово, уверовать. Не дано.

    Бесцеремонно врываясь в мысли Сигизмунда, зазвонил телефон. Федор взял трубку. Уставным тоном доложил:

    -  Это вас, Сигизмунд Борисович.

    И протянул ему трубку - отточенным, резким движением. Как на командном пункте.

    Сигизмунд уловил краем глаза, что Федор подмигнул Светочке. Баба звонит, не иначе.

    С тяжким предчувствием взял трубку.

    -  Морж у аппарата.

    Не сразу понял, кто говорит. Вместо ожидаемого недовольного «Але, это Наталья» услышал задыхающуюся скороговорку. Потом сообразил: Аська. Сразу повеселел, полюбезнел.

    Глядя на Сигизмунда, Федор многозначительно подвигал бровями. Потом отвернулся. Из деликатности.

    Светка тыкала пальчиком в калькулятор. Была недовольна.

    Аська вышла из головокружительного романа. Шестого на памяти Сигизмунда. Желала тепла, понимания, общения с давним другом. Говорила, что одна подруга, уезжая, оставила ей на прокорм крысу - представляешь? - беленькую такую, хорошенькую крыску с красненькими глазками, так эта крыска проела свою коробку и в первую же ночь утекла на кухню и живет теперь за холодильником, и грызла там все что-то, грызла, а потом прогрызла и оказалось, что это провод от холодильника, и холодильник за ночь отморозился и протек к соседям, теперь у них пятно на потолке…

    Сигизмунд стал осторожно выяснять, что же от него-то, Сигизмунда, в данной ситуации требуется: тепло с пониманием, поимка крысы или побелка потолков у соседей. Оказалось, что требуется проводок припаять обратно.

    В принципе, видеть Аську Сигизмунду хотелось. И даже очень. Соскучился. И интересно, в какой цвет она свой ежик выкрасила? Однажды Аська все волосы на теле покрасила фиолетовым. Даже там, где не видно. То есть, кому не видно, а кому и очень видно. Смешно было. У нее потом щипало, она сбрила и мазала чем-то жирным. Тоже смешно было.

    -  А как ее током не уделало? - спросил Сигизмунд.

    -  Кого?

    -  Крыску.

    Оказалось - потому, что беленькая такая, славненькая, с красными глазками, виварная…

    -  Ну, вечером… после работы заеду. Только не рано.

    -  Ладно, я тогда спать лягу.

    Оказалось, Аська еще не ложилась. Крыску из-под холодильника выковыривала. Безуспешно.

    Сигизмунд положил трубку. Поразмышлял. Светочка решила не обижаться - толку-то. У нее, Светочки, между прочим, муж есть. И боец Федор всегда готов. Да и Сигизмунд Борисович от нее никуда пока что не делся.

    -  Кстати, Сигизмунд Борисович, - сказал Федор. - Я тут вот что подумал… Вы Николаю Угоднику поставьте. Он, как говорится, оптом… в комплексе. И от потопа, и от пожара. Лысый такой, с крестами на плечах.

    Федор повозил пальцами у себя на плечах, будто рисуя погоны.

    -  Спасибо, - сказал Сигизмунд.