- что из грамматики.

    Затем американских гостей познакомили с родителями Михаила. Они напоминали старичков из рекламы типа «преемственность поколений»: мой дед пил дрянной чай и я его же пью, а куда мне деваться… Подошли еще гости - одной компанией пожилой поп и трое друзей Михаила: один занимался консалтингом и эдвайзингом, другой был рабочим на заводе, а третий - ди-джеем молодежной радиостанции «Emotional wave».

    Они обсуждали предстоящую поездку с гостями в Кремль, а потом - к строящемуся храму Христа Спасителя.

    Тут Лантхильда закричала:

    -  Срэхва, Сигисмундс! Срэхва!.. Льюги!

    Сигизмунд и сам видел, что срэхва. Остановил кассету. Нажал на паузу, все персонажи замерли в позах кормления.

    -  Бихве срэхва? - спросил Сигизмунд.

    Лантхильда возбужденно заговорила. Как понял Сигизмунд, это не может быть кунсальтинг. У них у всех - Лантхильда обвела пальцем застывших на экране персонажей - огос скалкинс.

    Сигизмунд стал мучительно переводить с девкиного на русский. Ого - телевизор… Нет, стоп. Ого - глаз. Глаза…

    -  Лантхильд, хвас ист скалкинс?

    Лантхильда сбегала за листком бумаги. Быстро набросала несколько фигур. «Манна», «квино» - это понятно. Под ногами у манны и квино стояли две другие фигурки, маленькие и приниженные. Одна - «барнс» - изображал ребенка. Другая - «скалкс» - взрослого мужчину, с бородой, но почему-то маленького.

    Лантхильда постучала пальцем по маленькой бородатой фигурке: «скалкс».

    Стало быть, в социальном плане в лантхильдиной тайге скалкс котируется весьма невысоко. Шестерка, одним словом…

    Лантхильда горячо растолковывала что-то, показывая то на телевизор, то на рисунок. Из ее разъяснений Сигизмунд понял, что Михаил был идентифицирован ею как скалкс. Однозначно. По глазам определила. По огос, то есть.

    В принципе, да - шестерка и есть… Интересно, сколько актерам платят за съемки в таких роликах? Гроши, небось…

    Тем не менее Сигизмунд настоял на том, чтобы досмотреть кассету хотя бы до середины.

    Михаил сводил друзей в оперный театр. Потом на заливку фундамента Храма Христа Спасителя. Побывал с ними в казино. Зачем-то обучил их пользоваться газовой плитой. Это был единственный эпизод фильма, который девка смотрела с пристальным интересом.

    Несмотря на полную нежизнеспособность Михаила со товарищи, к Рождеству Лантхильда с трудом начала складывать слова. Делала она это по-своему, с жуткими ошибками.

    Началось это внезапно.

    * * *

    Теперь они спали вместе, обнявшись. И вот, проснувшись поутру и дождавшись пробуждения Сигизмунда, Лантхильда произнесла:

    -  Сигисмундс, ми йедем Крэмл когда?

    Сигизмунд захохотал, взбил ногами одеяло, схватил Лантхильду за шею и повалил на себя. Она высвободилась и с важным видом повторила:

    -  Ми йедем в Крэмл когда?

    -  Никогда, - сказал Сигизмунд.

    -  Патамутто? - строго спросила Лантхильда.

    -  Патамутто мы живем в другом городе. - Подумав, Сигизмунд добавил: - Лантхильд живет в Петербурге.