— В том, что он может вас не взять, если не увидит в вас потенциала, — смутился Георг. — По крайней мере, она так сказала.

— Она? Это женщина? А мужчины-наставники что? Закончились?

— В нашем городе только три нормальных наставника. И они все отказались, как только узнали, кого нужно будет обучать...

А вот это ещё интереснее. Мне кажется, или события вокруг меня начинают принимать нежеланный оборот? С недостатком информации, который я испытываю, это практически смертельно.

— А она, значит, не отказалась, — наморщил я лоб. — Хорошо. Распорядись по поводу транспорта на завтра. Только согласуй все детали с Константином.

Когда, наконец, все покинули, трапезную, я подошёл к сёстрам, которые всё это время так и продолжали стоять, с изумлением наблюдая за всем тем, что я здесь устроил. И если Ника смотрела на своего братика с восхищением и гордостью, прокручивая в детской головке открывшиеся перспективы, горы сладостей и кукол, который Глава и он же её обожаемый брат ей непременно купит, то Аурита смотрела исподлобья, явно ожидая подвоха от меня. И не зря, поскольку память Андера поведала мне много довольно неприятных вещей, касавшихся отношений брата и сестры.

Но на это у нас с ней ещё будет время, а сейчас есть более важные дела.

— Девчонки, — я уселся на своё место. — Если у вас ещё не пропал аппетит, то попрошу составить мне компанию. Не знаю, как вы, а я — зверски голоден. И да... вы обе сегодня выглядите просто восхитительно!

Глава 11

Когда я вошёл в свой кабинет, здесь уже присутствовали Константин, Георг и Алан. Попал я на середину разговора.

— Итак, господа, — уверенно прошествовав, я уселся на единственный стул, находящийся в кабинете, — что мы имеем?

— Господин Алан только что попытался покинуть территорию поместья вслед за баронессой, — Арнье насмешливо кивнул в сторону взъерошенного Алана. — Я решил, что вы обязательно захотите с ним поговорить, перед тем как он отбудет.

— Да говорю же вам: у меня встреча с поставщиками, — воскликнул управляющий. — Господин барон, я прошу прощения за недавний инцидент. Уверен, что вы меня накажете, но поймите: я не знал, что вы Глава Рода. Да что я? Никто не знал. Это не более, чем недоразумение.

Смотря на него, я ощутил лёгкую брезгливость. Знаете, это как кушать яблоко. Красивое, правильной формы, спелое. А дойдя почти до огрызка — обнаружить там червяка. Или — не обнаружить, что ещё противнее.

Готовый сказать и сделать что угодно, лишь бы мы ему поверили, управляющий, находился сейчас именно между «обнаружил» и «не обнаружил». Будь у меня немного больше сил, я бы с удовольствием врезал по его гнусной роже. Само собой, что руки бы потом пришлось мыть с мылом, но оно бы того стоило.

Около минуты я смотрел на него, чтобы ещё больше сбить с толку. В упор. С самым серьёзным выражением лица.

— Господин Алан... Я хочу дать вам шанс.

— Господин барон?

— Я хочу дать вам шанс покинуть этот кабинет не в сопровождении конвоя имперской службы безопасности. Вы меня понимаете?

— Какая служба безопасности, вы что? — побледнел Алан. — За что? Вы не имеете права!

Жаль. Я всё-таки думал, что он не такой дурак. Обычно, люди такого склада очень тонко чувствуют конъюнктуру и на редкость изворотливы. Рычагами давления на подобных хорошо выступают сила и финансы.

Но в данном конкретном случае, моя попытка разрешить возникший конфликт финансами — была бы явной демонстрацией слабости, что автоматически нивелирует второй рычаг давления. Поэтому, по классике. Кнут и пряник. И те, кто думает, что пряник — это хорошо, никогда не получал между лопаток пряником чёрствым.