— Андер? — вопросительно изогнула бровь Малика, мазнув взглядом по кинжалу, висящем на моём поясе. — Покажи, будь добр, господам инквизиторам то, что мы изучали на прошлом, — выделила она слово, — занятии.

На прошлом занятии я чуть не отправился в мир иной, благодаря нездоровому энтузиазму Хлои и коварству Наставницы, которая переборщила с количеством маолов, намереваясь закрыть со мной вопрос. А вот перед этим Хлоя учила меня чувствовать энергетические токи моего уникального оружия и применению штара в боевой обстановке.

— Да, госпожа Наставница, — кивнул я, медленно вытаскивая кинжал из ножен. Сами ножны не представляли ничего необычного, поскольку были подобраны наспех, а форму штара я уже менял потом, чтобы он легко в них входил. После происшествия с демоническими псами, я больше нигде не появлялся без оружия, всегда готовый отразить нападение, случись оно.

Я видел, как подался вперёд отец Бертольд, готовый немедленно действовать, если что-то вдруг пойдёт не так. Заметил, как несколько инквизиторов сменили расслабленные позы, незаметно подобравшись, чтобы вовремя отреагировать на абсолютно любую угрозу.

«Как дети, меняющиеся размерами своих отростков в песочнице, — хохотнула Миа. — И это цвет инквизиционного корпуса? Да, обмельчали они, обмельчали. Но нам это даже на пользу!».

Повинуясь моей воле, кинжал слабо засветился, после чего медленно начал превращение в изящную рапиру, как раз по моей руке, а не того монструозного оружия, которое я обнаружил при первом знакомстве со штаром.

— Это невозможно! — чуть ли не возопил Бертольд, который уже наверняка прокручивал в своей голове сцены моего форсированного допроса. Он разве что слюнями не брызгал, настолько было заметно возмущение пополам с разочарованием на его лице. — Это фокус какой-то?

— Фокус? — прищурилась он Фарен. — То есть, вы сейчас заявляете, что уже не способны с помощью своего дара увидеть подлинность применяемых чар воздействия на штар? Вы меня разочаровываете, отец Бертольд, — покачала она головой.

— Я прошу прощения, господа, что прерываю, но раз мы во всём разобрались, может мы продолжим восстанавливать ход произошедших в этом доме ужасных событий? — с насмешкой произнёс Крайвен, который во время перепалки внимательно следил за всеми участниками разговора, причём ни во время демонстрации Бертольдом магических способностей, ни во время появления Малики и последующей перепалки, он даже не сделал попыток встать, продолжая вальяжно сидеть на диване, будто наблюдал за увлекательным представлением. — Судя по продемонстрированным умениям, господин барон полностью выпадает из поля зрения инквизиционного корпуса. Надеюсь, ни у кого не имеется возражений? Нет? Ну что же…

«Будь с ним осторожен, — предупредила Миа. — Это первый, кого я не могу прочитать. У него даже сейчас аура изменённая и не позволяет определить ни реальный магический потенциал, ни направленность школ магии. — Тёмная лошадка».

С её выводами я был абсолютно согласен, поскольку придерживался схожего мнения. Не знаю, что за тип этот Уильям Крайвен, но то, что это не рядовой исполнитель — совершенно точно. Уж слишком его выдают манеры. Было весьма заметно, что господину дознавателю первого ранга было не впервой общаться, как с инквизиторами, так и с дворянством. Он не тушевался, его манеры были близки к безупречным, разговор он поддерживал непринуждённо…

Довольно интересный образец.

— Возражение имеется у меня, — улыбнулся я, возвращая штару первоначальную форму. — Мне кажется, что господин Бертольд обязан извиниться за произошедшее. Не так ли, господин священник? — холодно произнёс я.