«…раз вы сами не можете навести здесь порядок». Эта фраза повисла в воздухе, но он её не стал тактично озвучивать.

Прозвучало это весьма зловеще, вот только кроме косвенных улик, где даже не нужно иметь особого ума, чтобы опровергнуть, у него ни на меня ни на мой Род фактически ничего не было. И ничего он не сможет доказать, если я только сам не подставлюсь.

«Или меня не подставит, Миа!», — злорадно подумал я, прислушиваясь к ощущениям. Тщетно. После происшествия на той поляне, демоница исчезла, даже не успев попрощаться.

— Господин барон, — задумчиво добавил Крайвен, — конечно, это ваше право, но вам не кажется, что с магическим обрядом для Одарённых вы слегка перегнули? — тон Уильяма был учтивым. И сейчас было заметно, что спросил он без осуждения, что удивительно, если учитывать местные обычаи и традиции. — Многим, откровенно говоря, будет плевать, но вы же понимаете, что обязательно найдутся те, кому всё это придётся явно не по нраву?

Каменные постаменты, на которых несколько секунд назад лежал пепел, дрогнули, а затем медленно начали опускаться. Проводив их задумчивым взглядом до того момента, когда они полностью скрылись под землёй, я снова сосредоточил внимание на Крайвене.

— С чем пришёл, с тем и ушёл? — задумчиво произнёс я, смотря ему в глаза. — Так это, кажется, говорится? А что касается чьего-то одобрения или осуждения — мне глубоко плевать, господин дознаватель, если быть предельно честным. Это были члены моего Рода. Рода он Сворт. И только мне решать, чего они достойны, а чего — нет. Совершенно не представляю, какие порядки царят в остальных Родах, но мои люди для меня дороги. Каждый! Независимо от того: служанка это или же одна из моих сестёр! Они достойны уйти в последний путь так, как подобает членам моей семьи, господин Крайвен. Для меня также совершенно неважно: одарёнными они были или нет, и что, собственно, скажет все аристократическое сообщество.

Мне действительно было наплевать, как на аристократов, так и на их замшелые устои, поскольку для себя уже давно решил — я буду выстраивать мощь Рода не так, как это привыкли делать здесь, а так, как нужно именно мне. И если для этого нужно попрать некоторые из этих устоев — что ж, я сделаю это с лёгкостью.

Конечно, я прекрасно представлял последствия своего решения, но менять его был не намерен. Если после произошедшего последует какая-то волна осуждения от сильных мира сего — так тому и быть. Но мне, почему-то, казалось, что сегодняшнее просто спишут на причуды несовершеннолетнего Главы, который то ли не знал, что обряду погребения подобным образом подлежат только Одарённые, то ли просто решил с пафосом обставить похороны, заработав подобным жестом толику уважения у своих подчинённых.

Отчасти это было так, вот только я понимал, что рано или поздно мои люди привыкнут к тому, что за их спинами всегда будет стоять Род. Я уже совершенно точно знаю, как они жили, пока во главе находился мой отец. И чтобы не повторять его ошибок, мне требовалось по крупицам собрать то, что он бездарно растерял: уверенность людей в завтрашнем дне, спокойствие за своих родных и веру в силу Рода он Сворт.

То, что на политической арене, даже того же Тихомирска, я не имел никакого веса — факт. Но, факт временный, поскольку в самое ближайшее время я собирался это исправить, и уже были определённые мысли по этому поводу. Осталось только дождаться заключения от Константина, который в данный момент с нанятой им группой специалистов проводил полную инвентаризацию доставшегося нам завода.