- «Зубатка»? - предложил Вай-мир.

    Она рассмеялась и облизала след от мелких зубов.

    - Кажется, не слишком глубокая, но... внутри тепло!! - закончила она с торжеством.

    - Значит, мы тоже выкопаем себе нору,- решил Вай-мир.

    - Хм. Большую нору!

    * * *

    Строя новое убежище, они использовали углубление под одним из рождественских деревьев, которое пострадало от Пожирателей, но не засохло. Оно наклонилось, а от окончательного падения его удерживали соседние деревья. Несколько дней Мерыа и Вай-мир попеременно выгребали из-под корней землю, песок и камни, роя всё более глубокую яму. Они старательно обходили толстые корни, а маленькие сами отступали перед ними, ища себе новое место. Убежище под деревом получилось низкое и не слишком просторное. Внутри едва хватало места, чтобы лежать. К удовольствию Вай-мира, нашлось применение для кипы старательно обработанных шкур - он покрыл ими стены, чтобы удержать осыпающийся песок. Устланная мехами землянка превратилась в удобное, тёплое и безопасное жилье. Когда они, прижавшись друг к другу, чтобы было теплее, первый раз легли там, Мерыа подумала о маленьких ркхета, спавших и росших вокруг. Она сама теперь, как ребёнок, отдыхала в надёжных объятиях рождественских деревьев.

    Из пучины зелёных снов Вай-мира вырвало ощущение, будто приближается что-то новое и тревожное. Вход в землянку явственно белел в полумраке. Вай-мир потихоньку выбрался из-под одеяла. Осторожно, точно трусливый зверёк, высунул голову наружу. Лишь спустя несколько мгновений глаза привыкли к ослепительному блеску.

    - Да пусть меня съедят!! - воскликнул мужчина.

    Всё вокруг стало однотонно белым. Воздух, который до сих пор был просто холодным, теперь стал таким ледяным, что от него ныли ноздри. Вай-мир почувствовал, что Мерыа подталкивает его сзади, и выполз из короткого туннеля, освобождая для неё место.

    - Что это? - изумилась она, погружая ладони в ледяной белый пух.- Семена?..

    - Семена чего? Эй-эй! А это больно! - Вай-мир с несчастным выражением лица переступал с ноги на ногу. Мерыа нырнула обратно в нору и вынесла первый попавшийся кусок шкуры.

    - Встань на мех.

    Вай-мир растерянно оглядывался по сторонам. Насколько хватало глаз, тянулась гладкая белая поверхность. Лёгкий пух осел даже на кронах деревьев и тонких ветках. Мерыа увлечённо исследовала новое явление.

    - Это не семена.

    Пригоршня белого «нечто» не имела никакого определённого вкуса. Если её растереть в ладонях, она пропадала, оставляя влагу. Мерыа полизала мокрую руку.

    - Это вода! - с удивлением поняла она.

    Вай-мир собрал горсть белизны и смял её в комок с явственно отпечатавшимися следами пальцев.

    - Вода... Но откуда это взялось? Выросло или как?.. Оба как по сигналу взглянули на небо, потом друг на друга.

    - Опять что-то надо называть. А я уж начинал привыкать. Я точно стебель травы. Едва ветер наклонит меня в одну сторону, как снова начинает дуть с другой - и мне опять приходится сгибаться.

    Он качнулся вперёд и назад, с забавным озабоченным выражением на лице, потерял устойчивость и плюхнулся на холодный пух.

    - Эй! Эй!

    Он тут же вскочил и отряхнулся. Мерыа смеялась, развеселившись от его выкрутасов.

    - Ну и как ты это назовёшь? Ты же чуть не самый хороший рассказчик историй!

    - Дорт'тефх. Семена дождя.

    * * *

    Дорт'тефх оставались в течение нескольких ноче-дней.