– Но…

– Не смей возражать, – не дал он мне сказать и слова, – браслет – это за те неудобства, которые у тебя случились по моей вине. А гонорар – за работу. И… Татьяна, я все же надеюсь на ужин в ресторане, – на меня посмотрели горящие глаза.

Я лишь улыбнулась уголками губ и спокойно ответила:

– Разберись для начала со своей Людмилой.

– Людмила не помеха для того, чтобы я просто сходил поужинать в ресторан с приятной мне женщиной. И знаешь… я сейчас, конечно, серьезно поговорю с ней, но после того, что она отчудила, я даже не знаю, чем закончится весь этот разговор.

– Пожалуйста, не будь с ней резок. Выслушай ее и постарайся понять. Она неплохая девочка, просто немного еще глуповатая, но вся эта ситуация будет для нее хорошим жизненным уроком. Она старалась ради своей подруги, пыталась ей помочь, в общем… Она сама тебе все расскажет. И, поверь мне, она очень сильно переживает и сожалеет. И к тебе она явно неравнодушна…

Дмитрий примерно с полминуты удивленно смотрел на меня. Потом оглянулся на свою машину, плотно сжал губы, после чего ответил:

– Татьяна, ты уникальная женщина.

Я не стала ничего отвечать, ибо подобное высказывание стало для меня уже нормой, и это лишь в очередной раз доказывает, что я именно такая и есть. Ну, с этим уже ничего не поделаешь. В каждом человеке присутствует уникальность, просто у кого-то ее немного больше, чем у остальных…

* * *

Выехав на проезжую часть, я вдруг почувствовала, насколько сильно хочу спать. Еще бы – одну ночь я проторчала в «Торонто», другую – вообще неизвестно где. И тех жалких часов сна, которые я себе позволила за эти двое суток, явно было недостаточно. И ненадолго мне хватило тех двух чашек кофе с моими хитрыми тонизирующими зельями. Может, я уже к ним привыкла и они меня больше не торкают? Надо поспрашивать у моего хорошего знакомого спортсмена-тренера-биохакера-химика по имени Григорий, что можно еще такого попить, чтобы справиться с подобной проблемой в подобных ситуациях.

Мои глаза будто песком засыпали, и мне с большим трудом удавалось поддерживать их в открытом состоянии. Черт, как бы мне не уснуть за рулем. С этим надо срочно что-то делать.

Но как бы мне в моих голубых мечтах ни хотелось оказаться дома, принять горячий душ и завалиться спать, закутавшись в теплый плед, я все же нашла в себе силы этого не делать. Иначе я просто расслаблюсь до самого вечера. А мне надо во что бы то ни стало продолжать расследование. К тому же до заветной поездки на Мальдивы осталось всего три дня, а я до сих пор не нашла убийцу Дины Стрельниковой и не выяснила причины ее гибели. Так что, Татьяна, бери себя в руки – и вперед, и с песней! На островах потом отоспишься.

Я притормозила у одного приличного кафе на набережной и припарковалась на стоянке, предназначенной для гостей заведения. Откинув спинку сиденья, я удобно устроилась и прикрыла глаза. Этому меня научил один мой знакомый военный – экономизации времени и использования этого времени для быстрого восстановления. Ведь порой организму достаточно двадцати минут, чтобы прийти в норму и скинуть с себя пелену сна и усталости. Да, постоянно так делать тоже нельзя, но когда нет другого выхода, то этим нехитрым правилом можно всегда воспользоваться. Что я и сделала. Буквально через полчаса я открыла глаза и поняла, что от моей сонливости не осталось и следа и я готова дальше заниматься своими делами.

Протерев глаза правой рукой, я обратила внимание на браслет. Красивый, мне нравится. Вот только какая-то смутная мысль касаемо именно браслета промелькнула в моем сознании и тут же исчезла. Ладно, оставим это на потом, сейчас надо основательно подкрепиться и зарядиться двойным эспрессо. С этими мыслями я покинула салон авто и направилась в сторону кафе.