– Будем надеяться, что нет, – сказал Коста. Он смотрел в кружку затравленным взглядом. – Нам не обойтись без ее ускорителя.

– Бежать с «Центральной» невозможно, – негромко произнесла Орнина. – Станция соединена только с сетью для кораблей-охотников.

– Я и не собирался бежать, – ответил Коста. – Что же до сети для охотников… Роньон, что еще они говорили об Ангелмассе?

«Она приближается к станции, – ответил Роньон. – К той, которая похожа на огромного паука».

– Насколько она приблизилась? – спросила Чандрис.

«Намного, – показал Роньон. – Я не могу назвать цифры. Но все это очень странно. Говорят, она то опускается, то поднимается и стреляет в станцию».

– Стреляет в станцию? – хмурясь, повторил Ханан, как только Чандрис перевела. – Чем же она может стрелять?

– Наверное, Роньон имеет в виду всплески радиации, – объяснил Коста. – Всплески, нацеленные на «Центральную» Ангелмасса уже заставила людей покинуть ее. Теперь она хочет уничтожить саму станцию.

Она хочет. Эти слова проникали в сознание Чандрис, словно капли, падающие с края крыши. Хочет. До сих пор она не верила в разумную злонамеренность черной дыры.

Но эти два слова внезапно заставили ее поверить. Ангелмасса действительно жива и разумна.

И она ненавидит людей. Людей со станции. Может быть, даже жителей Серафа?

Да поможет им Господь.

– Коста, ты говорил, что изменение орбиты нельзя объяснить только всплесками, – заговорил Ханан. – Чем еще?

– Например, каким-то новым, неизвестным прежде физическим явлением, – ответил Коста. – Я бы не хотел обращаться к мистическим силам, но, боюсь, в данном случае у нас нет выбора. Что-то движет Ангелмассу, но до сих пор мы не сталкивались с этой силой.

– Да, но как она могла оставаться незамеченной столь долго? – воскликнул Ханан.

– Много ли черных дыр мы могли наблюдать с такого близкого расстояния? – возразил Коста. – На внешнем радиусе черной дыры может возникать все, что угодно – от чудовищных приливных сил до обращения времени. Я готов побиться об заклад, что это как-то связано с гравитацией – либо с поляризацией самих полей, либо с аномалиями времени.

– Вот уж не знал, что физика стала объектом для тотализатора, – пробормотал Ханан.

– Говоря «биться об заклад», я имел в виду, что ради этой теории готов рискнуть своей жизнью, – объяснил Коста. – Может быть, даже жизнью всех нас.

– Минутку, не будем торопиться, – вмешалась Чандрис. – Кто и чем собирается рисковать?

– Мы не можем позволить Ангелмассе свободно бродить по системе Серафа, – сказал ей Коста. – Сейчас она забавляется с гравитацией, учится ее использовать. Именно поэтому она мечется по орбите из стороны в сторону. Но рано или поздно она полностью овладеет ее возможностями.

– Если уже не овладела, – заметила Орнина, передернув плечами. – Если она атакует «Центральную», значит, она уверена в себе.

Ханан покачал головой.

– Самоуверенная черная дыра, – проговорил он. – Это звучит странновато.

– Что же нам с ней делать? – спросила Чандрис.

– Единственное, что в наших силах, – сказал Коста, посмотрев ей прямо в глаза, – это избавиться от Ангелмассы.