– Я и так уже знаю все твои секреты.

– Вот как? – я остро осознала, как близко ко мне он стоит. Я прочистила горло. – Что ж, ты можешь узнать, что во мне ещё осталось несколько сюрпризов.

Его рука метнулась вперёд, сжав мою ладонь.

– Мне не терпится их раскрыть, Принцесса.

И вот оно, снова, то прозвище, которое я всегда ненавидела. Но мне нравилось, как оно звучало из его уст.

Мощь его ауры затрещала на наших соединённых руках.

Я ощутила искру от Бриллиантовой Слезы, пристёгнутой на моём бедре. Дамиэль посмотрел на свою Сапфировую Слезу. Должно быть, он тоже это почувствовал. Наши кинжалы пытались соединиться, образовать искру, чтобы проложить мостик через расстояние между ними.

Дамиэль отпустил мою ладонь. Он погладил пальцами моё лицо.

– Я не стану делиться твоими секретами. И я не подвергну тебя суду за твою Бессмертную Кровь.

– Которая есть и у тебя, – заметила я.

– Видишь? – он наклонился ближе. – Я злобный и служу только своим интересам, – его слова мягко упали на мои губы. – Я пощажу тебя лишь потому, что не хочу выдавать себя.

Я сделала глубокий вдох, и моя грудь скользнула по его телу.

– Ты выдал себя во время инквизиции Никс. Чтобы спасти меня.

– Если я выдам тебя, и тебя заберут, я тебя больше никогда не увижу, – продолжил он хриплым голосом. Серебристое и золотое пламя полыхнуло в его глазах. – Так что я вдвойне служу своим интересам, – он подвинулся ближе.

От прикосновения его губ к моей шее по спине пробежали мурашки.

Я прильнула к нему.

– Дамиэль…

Его ладонь легла на мою поясницу.

– Будет мудрее, если ни один из нас не станет никому рассказывать про наше Бессмертное происхождение, – прошептал он мне на ухо.

Я не доверяла своим рукам, поэтому оставила их висеть вдоль боков.

– Хранить секреты от Легиона? – я усмехнулась. – И это предлагаешь ты?

– Легион не готов к этому. Раны, нанесённые нам Хеллфайром и кругом его перебежчиков, всё ещё свежи. Может, когда нибудь Легион сумеет услышать о нашей магии, не поддаваясь паранойе и ненависти.

– К счастью, нет тестов на определение пассивной магии, иначе они давным давно нашли бы наши способности на регулярных магических сканированиях.

– Действительно, повезло, – согласился он. – И вся наша магия светлая, дарованная богами. Она прикрывает наши тёмные силы, рождённые нашим Бессмертным происхождением.

Верно. Бессмертные обладали и светлой, и темной магией, и активной, и пассивной магией. Значит, у нас с Дамиэлем имелась и тёмная магия вдобавок к светлой. Но Легион её не определил, следственно, наша дарованная богами светлая магия всё перекрывала.

Легион не догадывался о существовании активной или пассивной магии. Они не осознавали, что магический спектр – это не просто линия, а крест из четырёх видов магии.

Дамиэль подумал обо всём, что могло нам угрожать. Я не удивилась. Как он и говорил мне ранее, именно извечная паранойя сохраняла ему жизнь до сих пор.

– То есть, мы в безопасности.

– Пока что.

Мы стояли так близко, что я едва могла дышать – но рот у меня не закрывался.

– Что ж, похоже, всё сложилось так удачно, – произнесла я.

– До тех пор, пока ты не выдашь никакой информации.

– С чего бы мне это делать?

– Ты же идеальный солдат, – его пальцы прошлись по линии моего подбородка.

Моё сердце грохотало так громко, что он, должно быть, это чувствовал. В конце концов, между нами оставалось не так уж много пространства.