— Вне всякого сомнения, — с одобрением произнесла Эмили. — Ролан рассказал мне, что безвременная кончина твоих родителей ускорила ход событий. Я искренне тебе сочувствую.

— Благодарю Вас, мадам.

По мере того как Эмили продолжала отдавать приказания появившемуся слуге, Анжелика чувствовала, что начинает улыбаться. Ей без сомнения нравилась эта добродушная рыжеволосая дама. На протяжении последних нескольких недель в ее жизни произошли большие перемены, все встало с ног на голову. В доме же Миро царила атмосфера тепла и уюта, к которым она привыкла у себя.

Как только слуга вышел, Эмили тут же спросила:

— Еще кофе?

— Да, огромное спасибо.

Взяв новую чашку кофе, Анжелика рискнула спросить:

— Эмили, мне показалось вчера вечером, что мсье Делакруа обращался к вам, называя невесткой. Вы состоите в родственных отношениях?

— Конечно, дорогая, — ответила с хитроватым выражением глаз Эмили. — Видишь ли, двадцать лет тому назад я вышла замуж за старшего брата Ролана, Жюстэна. Мне было тогда только восемнадцать лет, а ему стукнуло двадцать один. После свадьбы мы поселились на плантации Делакруа. Как и Ролан, Жюстэн был отчаянным парнем они оба играли в азартные игры, пили и, как один раз мне сказали, собирались драться на дуэли. Я влюбилась в Жюстэна и стала его женой… А Ролан — он был на три года моложе моего мужа — взялся за хозяйство, чтобы помочь стареющим родителям, — Эмили вздохнула. — Но Жюстэн никак не мог распроститься со своими былыми привычками… даже после рождения Филиппа, нашего сына. Так или иначе, он стал еще больше пить и играть. Его постоянные отлучки в Новый Орлеан участились. Во время одной такой поездки он выскочил из заведения вблизи порта. Думаю, что он был очень пьян и не соображал, куда идет. В конечном счете все кончилось печально — его сбил фаэтон.

Рассказывая об этом, Эмили начала говорить тише и, закончив, прикусила губу. И хотя она пыталась скрыть, Анжелика увидела на ее глазах слезы.

— Эмили, — вырвалось у нее, — прости, что я вызвала у тебя столько грустных воспоминаний!

— Ничего, я все равно бы сама рассказала тебе о Жюстэне. — Эмили смахнула слезу и улыбнулась. — Видишь ли, прошло уже восемь лет и многое ушло из памяти.

— Ну нет, — возразила Анжелика, — когда любимый уходит, то память о нем не покидает.

— Не знаю. По-моему, ты просто очень романтична и впечатлительна. Я думала, что никогда не примирюсь с утратой, даже несмотря на то, что сейчас у меня есть Морис, который для меня — все. И все-таки каждый раз, когда я смотрю на обожаемого Делакруа… — Эмили сделала паузу и стиснула руку Анжелики. — Единственное, что тебе необходимо знать, — это то, что мужская половина семейства Делакруа вызывает страсть в женщинах.

Анжелика смутилась. Она была признательна служанке, принесшей поднос с завтраком. Обе сразу замолчали, когда перед ними появились тарелки с блинчиками и сосисками. Эмили поблагодарила слугу и вновь обратилась к собеседнице:

— Давай спланируем сегодняшний день. Для начала мы вытащим из постели Филиппа, заставим одеться и отправим его в школу. У нас сразу же появится время побеседовать еще. Мы оденем тебя по-королевски, во все то, что Новый Орлеан может предложить в этом сезоне, — от предвкушения удовольствия она захлопала в ладоши. — Это будет так интересно!

Анжелика запротестовала:

— Мадам, но я не могу допустить, чтобы вы…

— Мы с Морисом считаем, что на свадьбе ты должна быть одета должным образом, — отмахнулась Эмили. — Помимо всего прочего, Морис будет посаженым отцом.