Внезапно руки и ноги ослабели. Трой навалился на меня всем своим весом. Мы тяжело дышали, грудные клетки двигались в такт. Потом он приподнялся на локтях и посмотрел на меня с удивлением.

– Господи, – тихо сказал он. – Тебе же понравилось!

Он развязал меня. И мы повторили все сначала. Только медленнее. Намного медленнее. Мы едва двигались, тесно прижавшись друг к дружке бедрами. И еще сильнее вдавливаясь друг в друга, продвигаясь буквально по миллиметру. Я заглянула в его глаза и забыла, кто я.

Мы легли спать, когда солнце уже показало свой краешек из-за горизонта. Внезапно я проснулась. Комната была залита желтым светом. Утро полностью вступило в свои права. Я в панике повернула голову. Трой лежал рядом. Не спал. Смотрел на меня. Он пододвинулся поближе, внимательно посмотрел на меня сонными зелеными глазами и сказал:

– Наше первое утро вместе.

Он лениво растягивал слова, так что они прозвучали как шутка, я даже засмеялась. Спрятав руки под простыню, я нашла, что искала, – бархатистая кожа вкупе с твердостью железа. Я плавно передвинулась по кровати к моей находке.

– Твоя очередь.

Потом Трой настоял на ответной «любезности», после чего сказал со вздохом сожаления:

– Я бы хотел заниматься этим весь день, но мне нужно работать. Давай я отвезу тебя домой.

Выйдя из его квартиры, мы наткнулись на группу туристов, нагруженных картами и фотоаппаратами, которые с вытаращенными глазами блуждали по загаженным улочкам. Разве Голливуд не должен быть роскошным? Пока мы садились в джип Троя, эти туристы уставились на нас с нескрываемой надеждой. Им так хотелось, чтобы мы были знаменитостями. Мы рванули вперед, а они все смотрели нам вслед.

По дороге в Санта-Монику никто из нас не проронил и слова. Я сидела с закрытыми глазами, наслаждаясь своим состоянием. Потом раздался голос Троя:

– Проснись, Ирландка, мы приехали.

Я открыла глаза. Мы остановились около дома Эмили. Ритмы жизни струились из дома Майка и Шармэн и мягко обтекали припаркованные «мерсы» и «лексусы».

Я приподнялась.

– Спасибо, что подвез. И за то, что взял на вечеринку. И… ну ты понимаешь… за все.

– Не за что. – Он скользнул рукой по моему затылку и коснулся моих губ легким поцелуем.

– Позвони мне, – пискнула я, выпрыгивая из джипа.

– Конечно, – широко улыбнулся он. – Я даже буду писать тебе каждый день.

24

В залитом солнцем доме было неожиданно тихо. Эмили еще не было. Очевидно, ей тоже повезло. Но я была не против побыть в одиночестве, совсем не против. Я была возбуждена. Запястья и лодыжки слегка побаливали, приятное напряжение ощущалось с внутренней стороны бедер. Я никогда не чувствовала так сильно полноту жизни. После душа, где я с ужасом заметила следы укуса на животе, я поехала на пляж позагорать. Мне нравилось, как я выгляжу со стороны. Независимая женщина, которой нравится проводить время в компании с собой, несется на авто с откидным верхом.

Через пару минут после того, как я улеглась на песке, подошел Руди, нагруженный мороженым.

– Где ты была? Я о тебе беспокоился, – сказал он.

– Безумная неделя, – объяснила я. – Есть трехцветные батончики «Клондайк»?

Я устроилась со своим мороженым под палящим солнцем. Меня охватило заманчивое видение – я начинаю все с нуля. Здесь есть все: отличная погода, фантастическое местоположение, милые люди. Всю мою неудавшуюся жизнь можно было бы оставить в прошлом, в Ирландии. Начать все заново. И в этот раз все сделать правильно. Я же работала в Чикаго, не сомневаюсь, что кто-нибудь мог бы взять меня на работу и оформить мне «зеленую карту».